Шрифт:
Сюда. Кто здесь? не люди ль Доны Анны?
Нет, сами по себе мы господа,
Мы здесь гуляем.
А кого вы ждете?
Сейчас должна приехать Дона Анна
На мужнину гробницу.
Дона Анна
Де Сольва! как! супруга командора
Убитого... не помню кем?
Развратным,
Бессовестным, безбожным Дон Гуаном.
Ого! вот как! Молва о Дон Гуане
И в мирный монастырь проникла даже,
Отшельники хвалы ему поют.
Он вам знаком, быть может?
Нам? нимало.
А где-то он теперь?
Его здесь нет,
Он в ссылке далеко.
И слава богу.
Чем далее, тем лучше. Всех бы их,
Развратников, в один мешок да в море.
Что, что ты врешь?
Молчите: я нарочно...
Так здесь похоронили командора?
Здесь; памятник жена ему воздвигла
И приезжает каждый день сюда
За упокой души его молиться
И плакать.
Что за странная вдова?
И не дурна?
Мы красотою женской,
Отшельники, прельщаться не должны,
Но лгать грешно; не может и угодник
В ее красе чудесной не сознаться.
Недаром же покойник был ревнив.
Он Дону Анну взаперти держал,
Никто из нас не видывал ее.
Я с нею бы хотел поговорить.
О, Дона Анна никогда с мужчиной
Не говорит.
А с вами, мой отец?
Со мной иное дело; я монах.
Да вот она.
Входит Дона Анна.
Отец мой, отоприте.
Сейчас, сеньора; я вас ожидал.
Дона Анна идет за монахом.
Что, какова?
Ее совсем не видно
Под этим вдовьим черным покрывалом,
Чуть узенькую пятку я заметил.
Довольно с вас. У вас воображенье
В минуту дорисует остальное;
Оно у вас проворней живописца,
Вам все равно, с чего бы ни начать,
С бровей ли, с ног ли.
Слушай, Лепорелло,
Я с нею познакомлюсь.
Вот еще!
Куда как нужно! Мужа повалил
Да хочет поглядеть на вдовьи слезы.
Бессовестный!
Однако уж и смерклось.
Пока луна над нами не взошла
И в светлый сумрак тьмы не обратила,
Взойдем в Мадрит.
(Уходит.)
Испанский гранд как вор
Ждет ночи и луны боится – боже!
Проклятое житье. Да долго ль будет
Мне с ним возиться? Право, сил уж нет.
СЦЕНА II
Комната. Ужин у Лауры.
Клянусь тебе, Лаура, никогда
С таким ты совершенством не играла.
Как роль свою ты верно поняла!
Как развила ее! с какою силой!
С каким искусством!