— Мудрый жрец, разреши наш спор? Мы с сестрой по оружию спорим, можно ли нам использовать яды. — уже перед выходом меня перехватывает крупный ревнитель с большим двуручным топором и девушка-скаут — Ты лучше любого знаешь, угодно ли Ему такое оружие или нет.

Оба участника спора выжидающе смотрят на меня. Видимо очередной выбор, который повлечет за собой кучу последствий. Но тут даже думать не буду — моя сила явно не честный бой.

— Наша сила — это наша слабость. В прямом сражении Его последователи никогда не станут самыми сильными, ведь грубая сила лишена грации и очарования, с которыми мы породнились. Как действуют яды? Проникая в тело врага, они достигают своей цели, даже когда тому кажется, что он уже убежал, так? А как действует наша красота на разумы наших врагов? И зачем Он даровал нам защиту алтаря ночи и бесшумный шаг, если хотел бы прямых сражений? Нет, для священных стражей, что будут стоять на страже храмов и станут последним и самым важным рубежом защиты — такой стиль боя не просто важен, а просто необходим. Они получат самые тяжелые и прочные доспехи, они получат самое грозное оружие и будут благословлены Им. Но они — стражи и всегда остаются в храме. А те, кто охраняет землю от вторжения, те, кто несут Его слово в другие земли или просто охотится? Да и справедливо признать, что без наших сил мы проиграем в бою, но если сравнивать нас без сил, тогда пускай враг будет без рук и ног, ведь пользоваться тем, что имеешь — это так же естественно, как ходить или дышать. На спор ваш я отвечу однозначно — Он считает, что яды, как и противоядия, так же естественны для нас, как и наши силы. — девушка просто сияла, а вот воин всерьез задумался. Даже если потеряю последних силовиков — не такая уж и потеря в моем то случае, именно силовой стиль мне точно не подойдет, так что про тяжелых рыцарей придется забыть.

С великим трудом отрываюсь от созерцания молодого и сильного тела ревнительницы, одетой в местами излишне обтягивающую легкую кожаную броню. И возвращаюсь к кузне — со мной сегодня точно что-то не так, больно гормоны в голову бьют. Может это доктора там чего наколдовали, но вот на самом деле сегодня как с цепи сорвался. С каждым разом все сложнее напоминать себе, что все это — просто игра, кусок системного кода, а не что-то живое.

— Жрец! Жрец! — ко мне в припрыжку бегут два совсем маленьких паренька. Мелкие карапузы, с довольными лицами и взлохмаченными волосами — Жрец, а правда, что если слушать жриц и следовать заповедям Бэйна, то даже если умрешь — попадешь не в страшное место, а к нему? — система явно решила сегодня поиздеваться, вот так вот, с детской наивностью и непосредственностью в глазах, мне предлагают создавать деление на рай и ад. Да и откуда такие карапузы знают про смерть? Хотя это же первобытные жители, тут и на охоте самому легко можно стать добычей.

— Конечно. Если вы будите верно служить Ему, то он будет защищать вас даже если вы умрете. И скоро он пойдет строить очень хорошее место для тех, кто был ему верен. А если вы будете достойны, то он даже сможет вернуть вас к жизни. Если же Он сочтет, что ваше время и правда пришло, но вы не захотите отдыхать в его землях, то он даст вам право родиться в этом мире еще раз, но уже другим человеком или кем-то еще. — присаживаюсь и настоятельно вещаю карапузам, надеюсь на сегодня это последняя неожиданность.

— Ух ты, значит если я буду очень-очень стараться, я смогу стать таким же как тот, кто приходил недавно? — один из карапузов вновь впивается в меня горящим взглядом.

— Конечно, Он не разделяет последователей и любит всех. Ведь в каждом из нас частичка Его силы, а значит и возражать против того, чтобы кто-то выбрал себе новый дом он не будет. — пацаны радостно заверещали и помчались к деревушке.

Неподалеку от кузни начали возводить новый каменный дом, обложенный внутри вполне терпимо обработанными досками. Конечно до хорошего еще далеко, но в сравнении с шатрами — так и вовсе чудеса. Анк и все подмастерья уже вовсю орудовали в кузне, а юный доспешник порадовал даже первыми поделками и внезапно подрос, уже вполне соперничая с Анком по телосложению.

Сегодня не стал устраивать никаких уроков, лишь отвечая на постоянно сыпавшиеся вопросы, но при этом не отрываясь от работы — мая задача на сегодня стелать еще хотя бы пару видов оружия для ревнителей — хоть их и немного, но каждый из них использовал совершенно не похожее на кого-то оружие. Сегодня решил сконцентрироваться на древковом оружии. Вообще ревнитель использовал нечто больше походящее на копье, но я решил немного изменить сам наконечник, взяв за образец нечто схожее с восточными аналогами. Можно было конечно взять за основы бердыш, но не хотелось придавать лезвию форму топора — так что получилось нечто больше походящее на японскую нагинату. Так же очень помог один из учеников, проявивший интерес именно к оружейному мастерству и подобравший подходящее древко, пока я занимался лезвием.

Закончив с оружием, отправляю парня передать оружие ревнителю. Отхожу от разгоряченного метала, решив сделать небольшой перерыв. Небольшая поляна перед горами, лес как будто не решился подходить к каменным гигантам, замерев всего в сотне метров от основания гор. От основания ведет горная тропа, дальше немного расширяясь и уходя куда-то вдаль к Сашкиным владениям, по пути выбросив назад пологую лесенку к моим источникам. Густой лес скрывает от любопытных глаз, а для всех последователей даже пелена не мешала. Незнакомые звезды, иногда кажущиеся уже более родными, чем в реале. Да и когда в реале я последний раз вот так вот смотрел на звездное небо? Никогда пожалуй, в молодости не до этого было, а потом как-то вырос из таких вот моментов. А сейчас вышел из кузницы и залюбовался. На поляне пасся уже виденный мной зубр, неспешно объедая молодую сочную траву, напрягая зрение могу увидеть снующих по горам животных, а где-то совсем высоко гора стеснительно прикрывается снежным покровом. Даже такое соседство как кузня, не портит сильно воздух — достаточно просто отойти чуть дальше к лесу. А в реале такого чистого и не найти, разве что поставить три-четыре фильтра подряд. Прикрываю глаза и окунаюсь в мир звуков ночного леса, едва разбавленного редкими переговорами мастера-кузница с его учениками и мерными ударами молота. Только сейчас понимаю, насколько же тут хорошо, а ведь я постоянно куда-то спешил, даже не замечая всей красоты этого места. Проскальзывает мимолетная идея, устроить себе хотя бы один день отдыха и просто насладиться виртуальным миром, но тут же отгоняю ее — впереди еще тысяча неотложных дел, а времени все меньше и меньше.

Открываю глаза и улыбка как-то сама собой возникает в ответ на улыбки двух очаровательных девушек — прямо передо мной стоит Шу и Эйн, тихонько стоящих и с улыбкой наблюдающих за мной.

— Только сейчас подумал, как же тут хорошо. А как открыл глаза — так и вовсе здешний пейзаж покорил. — улыбки девушек стали еще шире и они переглянувшись подхватили меня под руки.

— Мастер, а мы придумали на чем и чем писать. Точнее чернила и даже краски не так то сложно получить. А вот на чем писать мы придумали только сегодня. — улыбка Эйн становится дразнящей или же мне просто кажется.

— Да, а… и что придумали? — стою как дурак с не менее дурацкой улыбкой на лице, по пояс голый в одних штанах, а по обе стороны от меня две прекрасные девушки и как-то мысли все меньше и меньше обращены к работе или делам насущным. Все же что-то со мной точно не так сегодня.

— М… ну мы сначала пытались сделать холст, он кстати у нас тоже получился, но растения с нужными волокнами придется выращивать специально. А так мы смогли добиться нужной обработки от кожевника и теперь можно писать на ней. И у нас получилось сделать достаточно приемлемую бумагу. Мы умницы, правда? — в своей привычной игривой и местами слишком свободной манере Шу с точно такой же улыбкой и еще более красноречивым взглядом заглядывает мне в глаза.