— Не умер, — удивлённо произнесла она.

— Пробуй ещё, — вздохнул я. — Дай очередь в голову.

Она перевела АК74 на автоматический режим и дала длинную очередь на десять патронов в голову выжившего бедолаги.

— Получила! — усмехнулась она. — Двенадцать уровней!!! Да-да-да!!!

И где же теперь недавняя морализаторша? Где?

Эх...

— Возвращаемся, — сказал я. — Надо проверить остальную технику.

Вернулись к уничтоженной колонне и начали вдумчиво обследовать технику.

Люки большей частью не открывались, но те, что удалось открыть... Лучше бы мы этого не делали.

Тошнотворный запах горелого шашлыка и пороха. Боеукладки детонировали, в Т-72 это означало гибель экипажа, а в Т-14 только уничтожение всего ценного в боевом отделении. Весь экипаж Т-14 сидел в бронекапсуле, специально предназначенной для защиты от всяких инцидентов с боеукладкой.

На этом новейшем танке люк был открыт, я заглянул внутрь. Два тела. Присмотрелся. Нет, мёртвые наглухо.

— Фосфор притащили? — уточнил я у Баца.

— Есть пять гранат, — кивнул тот.

— Давай мне, — сказал я. — И пару канистр солярки.

Залил боевые отделения уничтоженных танков соляркой. Приняв от Баца гранаты, начал раскидывать их по люкам. Яркие вспышки пламени — это своеобразные похороны методом кремирования. Главное, чтобы мясо не досталось мертвякам.

— Вспомни говно... — вздохнул я, глядя на стремительно несущихся к нам мертвяков. Видимо, они как раз сейчас посчитали, что радиационный фон нормальный и можно поживиться тёплым мясом.

— Мертвяки на двенадцать часов! Огонь! — я вскинул АКМ-К и начал стрелять.

+150 000 единиц опыта

Нормально.

Очередь. Есть ещё один.

+200 000 единиц опыта

Получен новый уровень!

Десять очков не глядя в «Науку». Странно, что штраф к «Интеллекту» не влияет на количество получаемых очков навыков. Видимо, штраф имеет отношение непосредственно к мышлению и скорости обработки данных.

Мертвяки кинулись в рассыпную. Я положил, кажется, двух восьмирангов на разных стадиях развития. Остальные настреляли по-разному. Ирина точно никого не сшибла, а вот Елизавета Константиновна сумела снести недобитка от Баца. Тот недовольно на неё посмотрел, но говорить ничего не стал.

— Уходим, — я повернулся к бронированному грузовику. — Скоро здесь появятся серьёзные игроки и мы страшно огребём.

Выехали спустя пару минут. Мне нужно крепко подумать о том, как решать проблему со здоровьем, а также доделать наконец-то силовую броню!

//Город-государство Танаис. Вилла Кулибиных//

— Эсма, золотце, ты куда? — дородная женщина в роскошной белой столе, устремила полный заботы взор на свою дочь.

— Я погуляю с подругами, мам, — ответила та. — Надо проветриться.

— Долго не гуляй, — строго предупредила её мать.

Эсма кивнула и запахнула плащ с капюшоном.

Её путь лежал к «школе» гладиаторов в собственности Немирова.

Доверенный человек отца посадил её в машину и довёз до служебного входа.

У двери её ждал Матюк, надзиратель за гладиаторами. По тёмным коридорам она пошла вслед за Матюком и задержалась только возле пустой камеры, где раньше сидел Доктор. Воспоминания нахлынухи волной.

Обычно, она довольно быстро охладевала к гладиаторам, даже несмотря на их возрастающие популярность и рейтинг, но Доктор...

Он ушёл до того, как она успела остыть к нему. Теперь она ходит сюда почти каждый вечер, пытаясь перебить воспоминания. Получалось не очень, но она пробовала снова и снова.

Сегодня у неё встреча с Анатолием, который вчера блестяще выступил в состязании «Царь горы». Это когда на арене насыпают холм, который является единственным местом, докуда не могут достать низкоранговые мертвецы на цепях. По правилам остаться должен только один. И этим одним, лишившись правой руки и левого глаза, стал Анатолий.

Эсма заплатила двадцать золотых, чтобы войти в список первых желающих ночи с ним. Первоначальная ставка была пять золотых, но в этом тайном аукционе выиграла она, сразу же перебив все разумные ставки.