Андрей всегда умел разрядить обстановку. Вот и сейчас, Елена Евгеньевна бессознательно ждала какой-нибудь возможности окончательно прекратить неприятный разговор. Закрыть тему и перевернуть страницу.

С Михаилом она решит сама. В конце концов он — только личное, а тут у нее — работа. Величайшая ответственность. Вот так.

Елена Евгеньевна возвращалась в рамки установленной ею самой себе жесткой дисциплины.

— Давай сюда чашку, — сказала она-вторая, — я вылью эти помои. И сходи в гостиную, там на столике приличный коньяк стоит, принеси. Я хочу выпить по-человечески.

— Нормально, старуха, жизнь идет и берет свое чередом!

В эту минуту Андрей Львович напомнил ей озорного вихрастого студента, который учился с Еленой Евгеньевной, тогда просто Лелькой, на параллельном курсе. Тоже был очкарик. Она улыбнулась воспоминанию.

— Кстати, о твоем Михаиле, — небрежно сказал Андрей Львович, вернувшись с бутылкой и тонкими рюмками.

Всю легкость Елены Евгеньевны как рукой сняло. Сердечко трепыхнулось и замерло покорно.

— Можешь не терзать себя, он не занят изменами тебе с красотками легкомысленного поведения.

— Я сама легкомысленнее некуда, — угрюмо сказала она. Ох, этот Андрей!

— Просто его нет сейчас в городе. Поехал навестить своего давнего приятеля. Друга детства.

Она пожала плечом. Уехал так уехал. Не бежать же ей за ним. Да и куда?

— Вот как, — сказала она. — И что же, далеко? «Ну кто тебя за язык тянет, голуба! — подумала в ту же секунду. — Какое тебе дело, далеко он от тебя или близко. Ты когда-нибудь научишься себя правильно вести?»

— Не буду тебя мучить, далеко, но не слишком. Да и вернется не сегодня-завтра.

— Вернется — позвонит, никуда не денется. Мы будем сегодня пить или нет?

— Ты что же, и телефон ему свой дала? — вкрадчиво спросил Андрей Львович, наполняя с узкой талией рюмки.

— Не давала я ему никакого телефона. Ну, я ему позвоню. Если захочу. Какая разница, Андрей!

— Не надо так волноваться, прелесть моя. Позвонишь, если захочешь. На том и остановимся.

Чтобы успокоиться, Елена Евгеньевна подошла к плите, щелкнула зажигалкой под кофейником. Да в нем уж пусто… Вылила гущу прямо в мойку, чего обычно никогда не делала и Бусыгина за это ругала.

— А можно и по-другому, — сказал за спиной Андрей Львович. — Устраиваем тебе с твоим Михаилом легкий отпуск за наш счет. Природа, правда, в пределах средней полосы. Отдельный коттедж. Медовый месяц. Два месяца, три. Командировочку тебе нарисую — комар носа не подточит. Радуйся жизни. Да и для наших занятий тебе выбираться много проще.

— Вот, Андрюшенька, ты и сказал, зачем пришел. — Елена Евгеньевна-вторая очень пристально посмотрела в толстые стекла его очков. — Есть мнение, что меня пора переводить за забор? Слишком опасно оставлять на свободе, могут похитить враги? Сама из доверия вышла? Любовника мне предлагаешь, чтоб скрасить неволю. Ты думаешь, что я дурочка, не понимаю ничего? Ошибаешься, Андрей Львович. Все вы ошибаетесь — и ты, и начальство твое.

Андрей Львович опять выглядел сконфуженным. По всему, Елена Евгеньевна точно разгадала тайные намерения его визита. Она чувствовала гордость за себя, и ей немедленно сделалось его немножечко жалко.

— Я говорил им. — Он, не отрываясь, вырисовывал на скатерти невидимые узоры ложечкой. — Я им сказал, что с тобой нельзя так. Что ты умница и очень ответственная девочка. Они, в общем, прислушались.

Андрей был так смущен и, кажется, немного обижен ее наскоками, что Елена-вторая быстренько шмыгнула в сторону, освободив место Елене-первой. Та села рядом с Андреем Львовичем, заботливо налила ему в чашечку свежего кофе, положила сахару.

— Значит, все в порядке, — сказала она. — Ты уж меня,

Андрюшенька, не выдавай. Ты у меня един — царь, Бог и воинский начальник.

— Не бойся, старуха, не выдам. Я — руководитель проекта, что они мне могут приказать? Ты только меня не подведи.

— Я не буду, — честно сказала Елена-первая.

— С остальным я и сам справлюсь. Друга своего жди, должен скоро вернуться.

— Может, он уже дома? — вырвалось у Елены-первой, и некому было ее укорить за несдержанность.

— Нет, — твердо сказал Андрей Львович, и она поняла, что, как он скажет, так оно и есть. — Сейчас его дома нет. Но если хочешь, мы дадим тебе знать, как только он появится.

«Что я за квашня такая? — подумала, сокрушаясь, Елена Евгеньевна. — Что мне мешает сказать: Андрей, привези его. Ведь так и думала и почти уже решила. Гордость? Перед кем, перед Андреем, который и так про тебя все знает, а что не знал, ты ему сама сейчас рассказала?.. Вот его привезут, а он скажет: девушка, я с вами не знаком».

— Не надо, — сказала она. — Я без посторонней помощи как-нибудь.

В прихожей вновь засвиристело. Такой у Елены Евгеньевны был дверной звонок.

— Кого еще на нашу голову… Андрей Львович посмотрел на часы.