Шрифт:
Рядом шла Линда с каменным лицом, как обычно, надев маску воина. Позади шагал глава клана. Как настоящий полководец, он решил лично возглавить свою мини армию.
Вокруг было двадцать кустов. Многие из них шли в лесной чащи, мелькая среди деревьев зелеными бликами.
Пейзаж не менялся. Никакого чувства опасности не было. Мы будто охраняли ненужный объект, делая обход по принуждению руководства. А наши пушки были лишь бутафорией, от которой совсем нету толку.
– Сколько мы уже премся? – В какой-то момент спросил я.
– Не знаю, минут сорок, наверное, - ответила Линда.
– Может, тут нет никаких Соров? Они могли переехать, подальше свалить.
– Не плачь, маленький Нэс. Мы скоро придем в детский садик, - пропела мне Линда.
– Эй, я «плачу» не потому что боюсь! А потому, что хочу сражаться! Понятно?
– Скоро будет Сор! Разведка не может врать! Я чувствую запах растений-пожирателей! – Прогремел позади Верховный.
Он был вооружен автоматом Калашникова и своей электрической палой. Напоминал собой спецназовца в особом маскировочном халате.
– Эй, ты говорил так минут пятнадцать назад. Ладно, фиг с ним, постараюсь заткнуться.
Жаль, что у Райфус было недостаточно техники. Приходилось атаковать пешком. А ведь налет боевых машин (или мотоциклов) оказался бы куда эффективнее. Или мне только так кажется.
Думая о своем, не заметил, как тропка свернула. За поворотом открылась огромная пустошь, заставившая нас с Линдой ахнуть.
Большое поле с редкими деревцами и кустарником. Вместо травы коричневый слой сушняка. Здесь будто прошел огонь или вылили химикаты. Смотрелось крайне ужасно. Такое чувство, что мы попали из райского сада в измерение постапокалипсиса.
Я поднял глаза, осматривая мертвые земли. Вдали виднелся небольшой городок. Странные постройки корявой формы, сделанные из металла, пластика или досок. Показалось, что это макет мегаполиса, созданный архитектором-психом.
Стен и оборонительных сооружений здесь не было. Вдали виднелся забор с колючей проволокой, сделанный из кусков разного материала.
После резиденции Рэдвуда, такое походило на свалку. Здесь даже нечего штурмовать. Самостройные домишки бездомных, других ассоциаций не видел.
Не успел сказать это, но знал, что не одинок в своем мнении. Линда усмехнулась, прикрыв рот рукой.
– Вот это я понимаю, черная крепость. Могли бы еще из детского Лего собрать…
– Это да, штаб бомжей. Хотя, поле выглядит страшно, - ответил я.
– Сор убивает все, что есть. Он ненавидит жизнь. Так будет везде, если не остановим, - прогремел сзади Верховный.
– Эээ, ты уверен? Они точно такие злые?
– Да. Некрасивые города – не смотрите. Они уничтожили три наших города… Все сожгли.
– То есть, вас вообще было больше? – Спросила вдруг Линда.
– Много больше. Кто не хотел воевать, тех убили.
– Ладно, не будем о грустном! – Бодро заявил я. – Сейчас поджарим зад этим тварям! Благо, они даже скрыться не удосужились!
Наш отряд прошел немного вперед. Пустошь становилась все ближе. Но тут Линда взволнованно заявила:
– Стойте! Дальше нельзя! Они неспроста оставили открытое поле. Вам придется его обойти.
Последнее относилось к кустам. Хотя, я тоже ощутил что-то странное. Нас будто специально заманивали, оставив подступы без охраны.
– Нет! Такого не может. Мы терпели Сор очень долго. С вашим оружием должны идти все. В атаку! – Произнес Верховный.
Я понял, что мы забыли обсудить тактику наступления. Главный куст хотел бросить все силы, создав мощный удар. Но это было не совсем правильно.
– Наше оружие – это не выход. Надо действовать хитростью. На поле могут оказаться ловушки. Потому, мы должны разделиться, - вкрадчиво пояснила напарница.
– Разделиться, значит, проявить трусость! Откуда ты знаешь про эти ловушки?
– У меня телепатия прокачана, блин! Чувствую я.
– Что такое телепатия прокачана?
Понимая, что диалог бесполезен, я отодвинул Линду, и подошел вплотную к растениям.
– Мы дали вам оружие, так? И отразили атаку на город? Значит, имеем право выбирать порядок наступления на этот ваш Сор! – Твердо произнес в адрес Верховного.
– Это есть логично, - сказал один из кустов.
Верховный немного замялся. Он осмотрел нас с ног до головы, понимая, что выхода нет.