Юная леди поджала губы, а Сандор был удивлён. Что ему делать в числе святого воинства? Неужто решил замолить грехи и думает, что сможет исцелить душу от бесовщины?

Очередная молния пронзила его. Сандор даже вздрогнул и будто затуманенным голосом произнёс:

— Быть может, Вы хотели бы помолиться за него? Отныне Вы пустили Бога к себе в сердце, так посетите Его Дом.

— Завтра, возможно.

— Нет, — огромных усилий Сандору стоило не выкрикнуть это, а сказать спокойно, соединив руки за спиной. — Завтра Ваш друг уже отправится туда, Господь не спит ночью. К тому же — сейчас Вам никто не помешает и в храме пусто.

Юная леди задумалась, а у него в груди всё сжалось в ожидании ответа. План созрел так же быстро, как Сандор осознал и всё прочее. Нужно было лишь согласие, лишь простое «да» и тогда он точно будет знать, что делать

— Вы правы, отче. Едем.

Господь есть.

Сандор быстро шёл по особняку, юная леди — чуть позади, и безумно улыбался. Бог остался с ним, наивный глупец, как он мог так подумать! Просто отвернулся на время, даруя сыну Своему возможность решать самому. Как только Он увидел, что тот не справляется — сразу же решил помочь.

Лилиан не могла так просто появится и перевернуть его мир с ног на голову. Господь специально связал их между собой, чтобы Сандор мог учиться и учить. Для этого нужно спасти леди Блэр от грязи этого дома, а единственный способ — увести её прочь. Спрятать от всех, укрыть, защитить, не позволить пачкать светлую душу! Раз Лилиан согласна, то и Бог согласен!

Сандор заберёт Лили под свою опеку и благодать, исцелит её.

Всё так и по-другому быть не может.

Ведь если Сандор отрёкся от Господа даже на пару часов, то Господь не смог оставить заблудшего и обозлившегося слугу Своего. Он послал ему знак — Беса, последний шанс узреть происходящее и осознать, что только что чуть не натворил. Послал радостную улыбку Лили и облегчение на её прекрасном лике. Бог любит своих детей, а родители никогда не оставляют ребёнка, чтобы тот не натворил. Мать всегда увидит даже в убийце маленького мальчика, а в куртизанке — плачущую девочку. Так же и с отцом. Сандор сейчас раскаивался — последняя воля Твоя, Господи. Он заберёт Лилиан себе, раз Ты дал ему право выбирать.

Всегда проще отдать свою жизнь кому-то в руки, чем распоряжаться ею самостоятельно.

Пусть Бог отвернулся от него, Сандор вновь завоюет Его любовь и благословение.

Ветер не старался сорвать их прочь с лошадей, он вообще пропал. Не скрипели в лесу деревья. Мир поглотила тишина — такая же, как царила внутри у Сандора. Он ещё этого не понял, не смог принять, но любые чувства, которые испытывал за этот вечер, все они сводились к Лилиан так или иначе. Страх за неё, радость за неё, боль за неё.

Сандор смог убедить юную леди не брать своей лошади, поэтому Лили сидела впереди него, а он держал её так крепко, как только мог, чтобы не навредить. Где-то там, позади остались разговоры мужчин, окна проклятого дома, в который они больше не вернутся. Не он! Они! Сандор ликовал, не переставая улыбаться и нервничать — ещё совсем чуть-чуть и цель будет достигнута.

Глубокой ночью никто не спохватится леди Блэр, не посмеет потревожить её покоев. Все решат, что она спит, когда Лилиан будет обретать спасение. Дорога пролетела так быстро и незаметно, что Сандор даже удивился, въехав в Лондон. Мелькнули мимо дома и улицы, конь остановился у храма и альбинос первый слез с него. Хотел помочь девушке, но она справилась сама — и чего он вообще ожидал? До сих пор не готова принять чью-то помощь.

— Прошу Вас.

Лилиан вошла в дом Его, возводя взгляд к сводам. Люди всегда так делают — смотрят вверх, будто могут увидеть там Господа вместо великолепных фресок. Ещё немного, совсем чуть-чуть, Лили...

Оказавшись так близко, Сандор даже несколько растерялся, но спешно пошёл за юной леди. В храме царил сумрак, но даже темнота придавала ему некой величественности. Свечи горели ближе к алтарю, некоторые факела.

Нужно было решиться на самый последний шаг. Ещё одна вещь, которая сможет вернуть Сандору всё, что чуть не потерял. Всё складывалось неожиданно быстро, он сильнее нервничал и вновь принялся перебирать чётки.

Вот юная леди приближается к святыне, замирает и тяжело, шумно выдыхает.

— Мне нужно Вам кое-что сказать, леди Блэр, — голос Сандора дрогнул, он остановился в нескольких шагах от девушки и внимательно смотрел, когда Лилиан удивлённо развернулась.

Прелюдии не имеют смысла.

— Я люблю Вас.

Три слова эхом разлетелись по пустому собору, хлынули пульсацией крови в голове и прогремели учащённым сердцебиением.

— Ох, отче... — лицо Лили исказилось сожалением, Сандор всё тут же понял. Два тяжёлых, широких шага, и он рухнул перед девушкой на колени, схватив за тонкие запястья.

— Лилиан, Вы не понимаете! Это не просто слова, это воля Господа. Это Его знак, Его порыв, Его любовь, Ваше спасение! Вы выросли с еретиком под одной крышей, я понимаю это и мне так жаль, что Вам пришлось столько пережить, но всё это грязное отребье — оно даже не достойно Вашего взгляда, простого жеста или взмаха веера! Вы прекрасны, леди... Лилиан, вы само совершенство, пусть душа Ваша — потёмки, но есть в ней светлость и святость Его!

Сандор бормотал, кричал, сбивался и захлёбывался в чувствах. Тонул в них, сильнее сжимая хрупкие руки и не уставал поражаться, насколько чиста кожа Лили, насколько она нежная и гладкая.