Эти ужасные мысли не отпускали меня, пока в дверь, служившую нам с Али слабой защитой, не врезалась алебарда, прорубив в ней большую щель. Через пару ударов старая деревяшка раскололась, и в комнату ввалились вооружённые люди.

– Обыскать здесь всё! Мальчишка скрылся в этом направлении!
– рявкнул бас, и конец алебарды, проткнув мешок с бельём, выскочил прямо у моего лица.

Я замер, не в состоянии пошевелиться, едва шепча помертвевшими губами молитву о спасении души и готовясь к тому, что следующий её удар пройдёт через меня.

Но Али, вскрикнув, вскочил на ноги и резво помчался мимо нападавших к дверному проёму. Я понял - мой друг решил увести опасность за собой, и судя по тому, как заорали заговорщики - ему это удалось. Осторожно выглянул из-за мешка и тут же закрыл рот руками, чтобы не завопить от ужаса. Стрела догнала моего маленького спасителя и уютно устроилась в его груди.

Нападавшие чертыхались, пиная тело несчастного ребёнка:

«Это всего лишь маленький раб, он никогда не расстаётся с Наследником. Продолжайте поиски, эта тварь где-то поблизости. С каким удовольствием я насажу его сердце на свой меч, не первый год мечтаю об этом!»

У меня всё поплыло перед глазами, и я зажмурился, приготовившись к неизбежному. В этот момент послышался новый лязг мечей и топот ног, а следом раздался грохочущий голос отца:

«Попались, предатели! Арестовать их и завтра же вздёрнуть на городской площади!»

Это привело меня в чувство и, услышав, как стонут убийцы Али, я вылез из своего укрытия и на подгибающихся ногах, не глядя на отца, пошёл к телу друга, опустившись перед ним на колени. Из его рта стекала алая струйка крови, дыхание вырывалось с хрипами, а взгляд огромных глаз блуждал в поисках помощи.

– Али, не умирай, пожалуйста, - плакал я, не стыдясь слёз, - сейчас придёт лекарь и спасёт тебя, друг…

Он что-то прошептал, но так тихо, что я не расслышал, поэтому вплотную приблизил к нему своё лицо:

«Я не слышу, что ты сказал, Али, просто держись, береги силы…»

– Прости меня, Барри! Я не заслужил твоей любви, - он вздохнул, и кровавые пузыри вздулись на его полных губах, - потому что виноват перед тобой. Мне было приказано убить Наследника, и я несколько раз честно пытался это сделать, - хрипел он, - но не смог, потому что полюбил тебя. Это мой отец из ненависти навёл заклинание, сделавшие твои кости хрупкими. Но противоядие есть… Ищи его в Призрачных горах…

Взгляд Али затуманился, кровь хлынула некрасивым потоком, голова беспомощно откинулась назад, и его не стало. Моего единственного друга, того, кому я доверял как самому себе. Того, кто лгал мне и пытался убить, убить, убить…

Я повторял это слово, не замечая, как отец, осторожно закинув меня на своё плечо, несёт в мои покои и укладывает на кровать. Прибежавший лекарь осмотрел меня и, обрадовав Князя, что Наследник не пострадал, заставил против воли выпить горькую настойку, после которой я перестал твердить об убийстве и заснул.

А проснулся от ворчания старой няни, с детства заменившей мне маму:

«Открой глаза, малыш, не пугай нас. Ты уже сутки спишь, так и умереть недолго. Твой ненормальный отец места себе не находит. Приди в себя, а то он с расстройства прикажет всех нас вздёрнуть, совсем из ума выжил, старый болван».

Мои губы сами расплылись в улыбке. Только бесстрашная няня могла так говорить об отце, и он всегда молча сносил её ворчание. Уж и не знаю почему, но мне иногда казалось, что грозный Князь сам её побаивался, и порой меня так и подмывало спросить, в чём же тут дело.

Внезапно вспомнился вчерашний кошмар и неожиданное признание Али. Улыбка умерла на губах, и я сделал всё, чтобы ни одной слезинки не пролилось из глаз. Потихоньку сел, и, осушив поданную чашу воды, печально протянул:

«Няня, ты поможешь мне натянуть доспехи?»

– Бог с тобой, Барри, у меня не хватает сил удержать даже кувшин с вином, не то что эту проклятую клетку, что придумал для тебя мой бывший муженёк.

Я грустно усмехнулся. Няня обожала бранить нашего мага, когда-то в молодости успевшего ненадолго на ней жениться. Но что-то у них не срослось, и они расстались, оставшись при этом добрыми друзьями.

– Но благодаря этой, как ты говоришь, клетке, я до сих пор жив, няня. Твой муж - молодец, жаль, что я так и не смог стать его учеником - магии во мне, увы, нет ни капли. А ведь так мечтал об этом. Кстати, как его здоровье? Давненько я не навещал старого ворчуна…

Она побелела, её и без того сморщенное личико, казалось, стало ещё меньше.

– Ты опоздал, Барри. Во время попытки переворота он защищал твоего отца, и какому-то мерзавцу удалось расколоть его старый плешивый череп, - она закрыла голову натруженными руками, оплетёнными выпуклыми венами, и тихо заплакала, - его похоронили вчера вместе с остальными защитниками, всех предали огню, я даже оплакать старика не успела…