«Мы с мужем уже догадались, чей ты сын. Не узнать тебя было бы просто невозможно - точная копия прабабки. Не удивлюсь, если и характером ты пошёл в неё. Мой брат не предупреждал нас о твоём приезде. А что это за люди с тобой? Они вооружены и грубо обращались с нашими слугами».

Я вытерпел и это.

– Это мои кузены - Дар и Рик, а также - телохранители, им положено носить оружие. Отец не мог Вас предупредить о моём приезде, срочные дела заставили его покинуть поместье друга, он решил, что здесь я буду в большей безопасности.

– Кузены?
– она неприятно засмеялась, - ты зовёшь детей бастарда - кузенами? Это печально, похоже, мой брат плохо тебя воспитал.

В этот момент её муж поднял на меня глаза, и его взгляд дал мне понять, что, в отличие от своей жены, я ему очень понравился. Его масленые глаза ощупали меня с ног до головы. Этого я не мог стерпеть.

– Тётушка, можно мне Вас так называть? Видимо, придётся, хотя Вы всего лишь кузина моего отца и живёте здесь по его милости. Напомню Вам, что этот дом принадлежит мне– это подарок отца на День рождения. С какой стати Вы устроили нам с братьями представление, заставив Хозяина ждать за воротами? Могу ведь обидеться и вышвырнуть Вас отсюда. Не забывайте об этом. А теперь посторонитесь, я иду в свой дом…

Тётушка побледнела от злости, муж тут же спрятался за её широкую спину. Но они отошли в сторону, пропуская нас, а я, наконец, попал домой. Сзади следовали Рик и Дар, зло смеясь в лицо моим новым родственникам…

Я бродил по дому и не узнавал его. Новые жильцы переделали всё на свой лад. Это меня взбесило, и, расстроенный, пошёл в комнату отца. Её, к счастью, не посмели тронуть - там всё осталось по-прежнему.

– Буду жить здесь, рядом есть ещё комната, занимайте её. Если найдёте в ней ненужные вам вещи, смело выбрасывайте. Будут «выступать» - скажите - это мой приказ, - Рик и Дар кивнули и ушли устраиваться на новом месте. Я прямо в одежде свалился на кровать: ужасно хотелось есть, но не было ни сил, ни желания даже двигаться.

Глаза слипались от усталости. С тоской смотрел на портрет отца и мамы, - молодые и красивые, они были так счастливы вместе. Пусть и недолго. «Интересно, повезёт ли мне, как отцу, встретить лучшую в мире девушку? Что-то не верится. И отчего в голову лезет такая чушь? Надо бы подумать, как быть с новыми родственниками. Лучше, конечно, найти предлог и выставить их вон. У тётушки такой свирепый взгляд, руку даю на отсечение, она постарается первой от нас избавиться. Тем более, что она - настоящая ведьма, и не только характером…»

Меня разморило. Я увидел кошмар, в котором сражался с ужасными монстрами, и они побеждали. Близнецы уже лежали мёртвые у моих ног, а два огромных страшных змея душили меня, сжимая упругими холодными кольцами своих тел. Их маленькие головы застыли напротив моего лица, раздвоенные язычки словно дразнили: «Ты попался, Лэнни! Теперь не вырвешься!»

С криком подскочил на кровати. Рядом стояли братья. Рик держал за шиворот слугу и, увидев, что я проснулся, наклонил его голову в поклоне.

– Вот он, твой Хозяин, повтори!

Перепуганный до полусмерти слуга еле пролепетал:

«Это мой Хозяин, господин Лэнни. Я должен слушать только его приказы».

И он, дрожа, теперь уже сам поклонился мне.

– Хорошо, надеюсь, ты усвоил урок!
– это прогремел голос Дара, - быстро накрой ужин в столовой. Мы голодны, а твой Хозяин - особенно. Поторапливайся, живо!

Братья ухмылялись, наблюдая, как слуга выбежал из комнаты, спеша исполнить поручение. Я вытер вспотевший лоб.

– Если бы вы только знали, что за дрянь мне приснилась. А насчёт ужина - правильная мысль, живот уже сводит от голода.

Через несколько минут тот же слуга примчался и позвал нас к столу. Мы радостно последовали за ним в предвкушении еды. Однако на столе нас ждал наполовину пустой горшок с кашей, и лежало несколько пресных лепёшек.

– Ты что, издеваешься?
– вспыхнул Рик, - а ну, тащи сюда всё, что есть съедобного на кухне. Иначе пожалеешь, что родился на свет…

Слуга упал передо мной на колени.

– Простите, господин Лэнни! Мы Вас не ждали, ужин уже давно закончился, а господа не разрешают нам брать остатки их трапезы. Всё скармливают привезённой с собой страшной зверюге. Я принёс то, что оставил для своих детей. Больше на кухне ничего нет, хоть убейте…

При слове «дети» у меня сжалось сердце. Я велел слуге подняться с колен, взял его за подбородок и заглянул в глаза. Он не лгал, в его душе были только страх и страдание, а худое измождённое лицо говорило о постоянном недоедании.

– Забери еду со стола, твои дети не должны голодать. Похоже, здешние «господа» плохо заботятся о своих слугах. Пойдём, покажешь, где хранятся продукты. Кстати, как тебя зовут?

– Моё имя Джером, господин Лэнни, - обрадовался слуга и стал складывать в корзину еду со стола.