Но вот последняя недостающая деталь стала на своё место; противоречие исчезло; разгадка наконец найдена.

Наступившее просветление, казалось, придало Бейли новые силы. По крайней мере, он неожиданно понял, в чём должна заключаться слабость Р.Дэниела, слабость любой думающей машины. Он с надеждой подумал: «Эта штуковина должна понимать всё буквально».

— Значит, проект космонитов завершается сегодня, а с ним прекращается и расследование убийства доктора Сартона. Верно? — спросил Бейли.

— Таково решение наших людей в Космотауне, — спокойно согласился Р.Дэниел.

— Но сегодняшний день ещё не закончился. — Бейли посмотрел на часы. — До полуночи ещё полтора часа.

Р.Дэниел ничего на это не ответил. Казалось, он над чем-то задумался.

— Значит, до полуночи проект остаётся в силе, — заторопился Бейли. — Вы мой напарник, и расследование продолжается. — В спешке он говорил так, будто отбивал телеграмму. — Давайте действовать как прежде. Позвольте мне работать. Вашим это не повредит. Это им только поможет. Даю слово. Если, по-вашему, я начну делать что-то не то, остановите меня. Я прошу лишь полтора часа.

— Всё, что вы сказали, верно, — ответил наконец робот. — Сегодняшний день ещё не закончился. Я не подумал об этом, коллега Элайдж.

Итак, Бейли снова стал «коллегой Элайджем». Он усмехнулся и спросил:

— Когда я был в Космотауне, доктор Фастольф, кажется, упомянул о фильме, заснятом на месте преступления?

— Да, упомянул, — подтвердил Р.Дэниел.

— Вы можете достать копию?

— Да, коллега Элайдж.

— Я имею в виду, сейчас. Немедленно!

— Через десять минут, если я смогу воспользоваться передатчиком департамента.

Меньше чем через десять минут Бейли пристально разглядывал маленький алюминиевый кубик, который держал в дрожащих руках. Внутри его в определённом атомарном рисунке отпечатались слабые сигналы, переданные из Космотауна.

И в этот момент в дверях появился комиссар Джулиус Эндерби. Он увидел Бейли, и выражение беспокойства на его круглом лице уступило место крайнему негодованию.

— Послушайте, Лайдж, вы тратите на еду чёрт знает сколько времени.

— Я ужасно устал, комиссар. Прошу прошения, если я задержал вас.

— Я бы ничего не имел против, но… Лучше пройдёмте в мой кабинет.

Бейли бросил быстрый взгляд на Р.Дэниела, но тот отвернулся. Все вместе они вышли из буфета.

Джулиус Эндерби тяжелой поступью ходил взад-вперёд перед своим столом. Бейли, сам едва сохранявший внешнее спокойствие, наблюдал за ним, время от времени поглядывая на часы. Было двадцать два часа сорок пять минут.

Комиссар сдвинул очки на лоб и потёр глаза, оставив вокруг них красные пятна. Затем опустил очки и, быстро моргая, уставился из-под них на Бейли.

— Лайдж, — внезапно сказал он, — когда вы были на Уильямсбургской силовой станции в последний раз?

— Вчера, после того как ушёл из департамента. Примерно в шесть вечера или немного позднее.

Комиссар покачал головой.

— Почему вы не сообщили об этом?

— Я как раз собирался это сделать. Яведь ещё не давал официальных показаний.

— Что вы там делали?

— Просто проходил через станцию по пути к нашему временному жилью.

Комиссар резко остановился перед Бейли.

— Не говорите ерунды, Лайдж. Никто не станет проходить через силовую станцию, просто чтобы сократить путь домой.

Бейли пожал плечами. Не было смысла заводить разговор о том, как их преследовали медиевисты и как они бежали по полосам. Во всяком случае, не сейчас.

— Если вы пытаетесь намекнуть, что у меня была возможность взять альфа-излучатель, которым уничтожили Р.Сэмми, то я хочу напомнить вам, что со мной был Дэниел, и он подтвердит, что я прошёл через станцию не останавливаясь и что у меня не было никакого альфа-излучателя, когда я оттуда вышел.

Комиссар медленно опустился на стул. Он не смотрел в сторону Р.Дэниела и не пытался заговорить с ним. Он положил свои белые пухлые руки на стол прямо перед собой и стал рассматривать их с выражением крайнего страдания на лице.

— У меня нет слов, Лайдж. Я просто не знаю, что и подумать.

Ведь ваш… ваш напарник не может подтвердить ваше алиби. Его показания не имеют силы.

— И всё-таки я отрицаю, что взял альфа-излучатель.

Пальцы комиссара переплелись между собой и снова расплелись.