Как же трудно удержать язык за зубами, если ты единственный человек, который владеет интересной информацией? Внутреннее давление распирает такого человека, не даёт покоя. Конфиденциальность – это о чём? Как же не сообщить «по секрету» друзьям этот секрет? А друзья у начальника особой службы, конечно, были. Это ведь целая пытка – знать секрет и не проговориться. Что ж за радость пытать самого себя?! Министр внутренних дел и начальник таможни первыми узнали о планах президента на омоложение. Естественно, с обещанием никому не распространяться… Естественно, с юмористическими комментариями… Они, в свою очередь, рассказали этот секрет своим жёнам. Тоже с требованием не болтать на всех углах… Те – подружкам. У жён министров ведь тоже есть свои подруги. Таким образом, слух о намерениях президента быстро стал достоянием всех сплетников из элиты страны. Каждый стремился обсудить и осмеять президента, при этом, не забывая о собственных амбициях по поводу омоложения. Как говорится, «шило в мешке»…

– Да, наш-то – «молодец»! Помолодеть решил… ну, совсем как Иванушка-дурачок в сказке про Сивку-бурку. Только в трёх котлах купаться не хочет, а хочет с помощью станции перекачки. Лихо! Ему бы на покой уже давно пора, на диванчике полежать с кроссвордами. Вот бы страна отдохнула от этого деятеля…

– И не говорите… согласен… кроссворды с его историческими решениями были бы полезнее государству, чем решения по госбюджету. Меньше вреда…

Глава 12. Интриги.

Изобретатели собрались в привычном банковском кабинете на свою обычную встречу, для обсуждения текущих вопросов. Череп говорил в своей характерной манере, энергично жестикулируя.

– Какие интересные возможности открываются перед всем человечеством. Да, мы имеем все шансы войти в историю. – Виталий Черепанов с жаром и увлечением рассказывал товарищам о перспективах проекта в планетарном масштабе, улучшении условий жизни на Земле, о счастье для всех людей.

Его слова звучали вдохновенно, но несколько наивно. – Мы совершим революцию в биологии. И деньги меня лично особо не интересуют.

– Вот тебе раз! Деньги его не интересуют, видите ли! А нас-то как раз интересуют. – Возразил Кошелев, который сидел на диване, вальяжно развалясь.

– Слушай, Череп, давай каждый из нас будет заниматься тем, что у него лучше всего получается. Вот у тебя получается заниматься технической и медицинской частью проекта – вот этим и занимайся. А деньги ты считать не умеешь... по-моему... уж извини!

Деньги как раз-то и важны. Мы вот ими интересуемся. И деньги пусть считает Кошелёк! – Изрёк Вождь. После этой фразы Александр Кошелев выпрямился и принял позу директора на совещании, стал постукивать ручкой по корпусу ноутбука. – И не перетягивай на себя одеяло. Надо работать командой. Без нас ты будешь не Череп, а просто черепок.

– А средства массовой информации пусть берёт на себя Вождь. Он публичный. У него это получается, он умеет красиво говорить. Вот как-то так. – В свою очередь поддержал приятеля Кошелев.

– Давно уже пора завершить рекламную часть проекта, затем перейти от рекламной части к практической, к составлению списков кандидатов и сбору денег. – Настаивал Вождь.

Изобретатели обсуждали между собой, как лучше сделать следующие шаги. И не могли прийти к согласию. Черепанов предлагал устроить ещё одну серию проверочных экспериментов, чтобы увереннее убедиться в работоспособности метода. А его партнёры хотели приступить к началу омоложения уже в скором времени. Черепанов не смог найти нужных слов для их убеждения, расстроился и вышел из кабинета. Он был эмоционален и вспыльчив.

Кошелев и Вождь остались в кабинете вдвоём и продолжали разговор:

– Ты почаще говори, что его имя войдёт в историю. Ему это нравится. Череп… черепок в истории… смахивает на керамические осколки древнегреческих амфор. Разбитые амфоры на дне моря, черепки посуды на раскопках – тоже история... Нет лучше компаньона для финансиста, чем мечтательный идеалист. – Сказал Кошелев с презрительной усмешкой. – А мы сами можем и не входить в историю. Это как дело пойдёт… Может так получиться, что нам лучше будет вообще не светить свои имена нигде.

– Да, если на Земле найти уютный уголок с пальмами и лазурным морем на отдалённом острове, то там необязательно будет рассказывать всем, где ты взял деньги для приятной жизни.

– А тебе совсем необязательно будет крутиться перед телекамерами с изложением предвыборной программы.

– Необязательно, да… но это я люблю делать даже просто так, без особой цели.

– Да уж, это я заметил, – прищурил глаза Кошелев. – Телекамеры ты точно любишь. Тебя хлебом не корми, дай поговорить на публике. Но это и хорошо. Счастливые люди заняты той работой, которую они согласны выполнять даже бесплатно. А ты ведь согласен… хотя и не бесплатно. Выступай, веди народ в светлое будущее. Непременно с заботой обо всех и каждом. У тебя это получается… Только не забывай вовремя менять результаты клиентских анализов. И не запутайся при этом. Их будет много. Геронтологический маркер в истории пусть носит имя Черепа, пусть он радуется, а реально работать будем с ним мы. А он пусть «витает в своих облаках». Для мечты детства это не вредно, пусть себе мечтает. И старайся как можно меньше пускать его в лабораторию. Возьми её работу на себя полностью. Потрудись.

– Да, согласен. Нужно нам обоим быть очень внимательными, чтобы не запутаться в этих бланках учёта анализов. Иначе мы можем в историю не войти, а вляпаться. Ни в коем случае нельзя допускать, чтобы материалы анализов выходили за пределы нашей собственной лаборатории. Журналюги шныряют везде, как голодные волки. Им только дай тему для сенсации. В момент раскопают то, что мы не хотим показывать. Нужно тестирование проводить исключительно в своей лаборатории без всякого внешнего вмешательства. – Вождь был абсолютно серьёзен. – Хорошо, лабораторию я возьму на себя. Не волнуйся.