Джим набрал в грудь воздуху.

– Это опять Джим Кирк.

Он пытался связаться с Кэрол Маркус с того самого дня, как они прибыли на Вулкан, и всякий раз безуспешно. Сейчас она, наверно, уже знает, что её сын Дэвид погиб. При мысли о том, что не ему пришлось сообщить её об этом, Джим испытывал смешанное чувство вины и облегчения. Но он должен был поговорить с ней.

– Мне необходимо срочно поговорить с Кэрол, – сказал он. – Пожалуйста, передайте ей, чтобы она как можно скорее связалась со мной.

– Она получит Ваше уведомление. – Заставка исчезла.

Джим потёр глаза. Он почти не знал молодого человека, и всё же смерть Дэвида больно резанула его – будто от его сердца оторвали кусочек и сожгли. Ему почти было бы легче…

Легче! подумал он. Нет, ничто не облегчит эту боль. Но если бы я знал его, у меня остались бы хотя бы воспоминания о сыне Кэрол. О моём сыне.

Кэрол Маркус сидела, скрестив ноги, на обзорной палубе рейсового звездолёта «Зенит» и смотрела в иллюминатор на изумрудно-зелёную планету.

– Доктор Маркус, – прозвучал из интеркома голос корабельного компьютера. – Доктор Маркус. Пожалуйста, приготовьтесь к транспортации на планету.

Кэрол нехотя встала.

Как хорошо было бы, подумала она, если бы я могла оставаться на борту, лететь от одной планеты к другой и никогда больше ни с кем не разговаривать, никогда больше не рисковать к кому-то привязываться; если бы только мне никогда больше не приходилась никому сообщать, что тот,кого они любили, умер…

Покинув обзорную палубу, она направилась в транспортаторную.

Кэрол Маркус считала себя обязанной поговорить с родными своих друзей и сотрудников по проекту «Генезис». Именно это привело её на планету, известную под именем Дельта, родную планету Зинаиды Читирих-Ра-Пайж и Джедды Аджин-далл – двоих математиков, её погибших друзей.

Контейнер с телом Зинаиды уже стоял на платформе транспортатора. Джедда был убит из фазера, поставленного на полную мощность, и от его тела ничего не осталось.

Кэрол шагнула на платформу. Она не знала, что скажет тем, кто ждёт её внизу. Она не знала, что сказать родителям Вэнса Мэдисона и близким других погибших. Она знала лишь, что должна сдерживать своё горе, чтобы им не было ещё тяжелее.

– Включайте, – сказала она.

Луч транспортатора перенёс её на поверхность Дельты. Она стояла в полосе света. Окно из цветного стекла бросало разноцветные блики на светло-серый пол.

Двое дельтан ожидали её, женщина и мужчина, Верай Два-Пайж и Кирим Дреии-далл. Партнёры – вот было слово на стандартном языке, которое наиболее точно характеризовало, кем приходятся они Зинаиде и Джедде. Между ними существовал профессиональный, экономический и сексуальный союз, который должен был продлиться десятилетия.

Они приблизились к ней. Как и все дельтане, они были неправдоподобно красивы. У Верай была кожа цвета красного дерева, светлые ресницы и такие же брови, словно два нежных мазка на картине в китайском стиле. В отличие от дельтанских женщин, чьи головы были совершенно лишены волос, у Кирима были длинные, светло-розовые волосы, ниспадавшие волнами почти до колен. Красная метка на лбу у каждого, означавшая траур, ничуть не умаляла их красоты.

Кэрол вспыхнула. Земляне никогда не могли сдержать свою реакцию на дельтан; тем не менее, собственный сексуальный импульс смутил её. Дельтане никогда не пользовались этим своим воздействием на землян, держась от них поодаль. Но теперь Верай и Кирим подошли к ней так близко, как никогда не подходили Зинаида и Джедда. Верай протянула ей руку. Кэрол отступила в замешательстве.

– Вы не говорили с Землёй, – сказала Верай.

– С тех пор, как улетела, нет.

Оконное стекло отбрасывало цветные блики. Верай и Кирим взяли её за руки. Никогда раньше дельтане не прикасались к ней. Она ощутила волну печали и утешения.

– Мне очень жаль, – сказала она. На глазах её выступили слёзы. – Ваши партнёры…

– Мы знаем, – сказала Верай. – И мы благодарны Вам за то, что Вы прилетели. Но мы должны говорить не только о них.

И держа Кэрол за руки, Верай и Кирим сообщили ей о смерти её сына.

Лишившись дара речи от горя и ужаса, Кэрол осела на пол, глядя в окно. Разноцветные блики ползли по полу вслед за солнцем. И в тёплом воздухе зала её стала бить дрожь.

– Пойдёмте с нами, Кэрол, – сказала Верай. – Мы будем оплакивать наших партнёров, и будем оплакивать Вашего сына.

В отведённой ей комнате лейтенант Звёздного Флота Саавик также безуспешно пыталась связаться с Кэрол Маркус.

Возможно, подумала молодая вулканка, доктор Маркус никогда не станет говорить ни со мной, ни с кем-либо другим, кто участвовал в экспедиции на Генезис. Сейчас она, скорее всего, уже знает, о смерти Дэвида. Возможно, она не желает, чтобы кто-то, кто видел, как он погиб, напоминал ей об этом.