— Попробуйте хоть как-то.

— Так я и пытаюсь, но ты же сам видишь, что не выходит, — пожал я плечами и замолчал. Иногда такое поведение помогает лучше всех иных попыток донести до собеседника свою истину.

Молчал и Озеров. И он же первым нарушил затянувшуюся тишину.

— А что насчёт наблюдателей?

— Никаких возражений не имею, — ответил ему. — Помогу с амулетами для прохода через рунный круг. Только присылайте три или четыре человека. Больше не стоит. И им проще прятаться, и мне удобнее с меньшим числом исключений для камней работать.

— Отлично, — вновь улыбнулся он. — А как планируете поступить с содержимым склада?

— Мне нужно оттуда немного совсем. Сотни две винтовок, несколько десятков автоматов и с десяток пулемётов. К ним по дюжине боекомплектов. Из тяжелого оружия возьму несколько зениток, пушек, пару танков, если останутся от охраны. Остальное ваше.

— Оружия там может и не найтись столько. Всё же, это слад с боеприпасами, — напомнил он мне.

— Заберу то, что останется от охраны, — ответил я.

Аура собеседника буквально полыхнула азартом, удовольствием и предвкушением. Военинженер считал, что огромный склад с сотнями тонн боеприпасов уже у него в кармане. Возможно, как иногда поговаривают мои подчинённые, мысленно сверлит дырочку под орден.

«Кстати об орденах, — появилась у меня мысль. — Стоит озаботиться их запасом в преддверии боевых действий».

— Хорошо. Навскидку план готов. Я передам его в Москву уже сегодня, через пару дней, думаю, будет ответ. Но я почти уверен, что его примут. Да, чуть не забыл, — спохватился он. — Мне ещё нужно узнать точную сумму, необходимую для покупки рунных камней.

— Я чуть позже пришлю с феей.

На этом наш разговор закончился. Озеров ушёл, а я некоторое время сидел в одиночестве, обдумывая всё сказанное и услышанное. Потом отправил фею за соратниками, решив устроить внеплановое совещание.

— Да мы и без камней справимся с охранниками, — важно заявил Прохор.

Оба Ивана поддержали его одобрительным ворчанием, мол, да мы их одной левой.

— Богатыри, — тихонечко фыркнула Маша.

— Цыц, — строго посмотрел на неё беролак.

Но та даже глазом не повела в его сторону. Вместо этого обратила внимание на меня:

— Киррлис, ты такой умный. Никто бы не придумал так использовать защитные камни.

— Спасибо, — улыбнулся я ей.

— А можно попросить тебя кое о чём? — её улыбка стала ещё теплее.

— Попросить-то можешь, — усмехнулся в бороду Прохор, вернув внучке саркастическое высказывание, чем заслужил от неё раздражительный взгляд. Но уже миг спустя она опять смотрела на меня с улыбкой на губах.

— Киррлис, я от Лёши узнала, что немцы собрали в Минске гору сокровищ, чтобы отправить в Германию. Разграбили музеи и выставки, наши музеи и выставки! — сказала она.

— От кого?

— От Тишина.

— А-а, ясно. А что за сокровища? — слова девушки меня заинтересовали. Драгоценности всегда можно продать и купить амулетов. Тех же рунных камней, чтобы расширить безопасный периметр, внутрь которого не пройдёт ни один посторонний. А ещё можно разломать украшения ради природных драгоценных камней для моих амулетов.

— Картины, статуи, гобелены и вышивка, старинная посуда с мебелью, — стала перечислять она.

— А-а, это, — слегка расстроился я.

У той после моих слов улыбка пропала, а сама девушка посмотрела на меня с возмущением, догадавшись о моих мыслях:

— Что «это»? Киррлис, ты что? Это же достояние нашей страны! Любая картина или фигура бесценна!

— Лучше бы там золото с алмазами лежало, — честно сообщил я ей. — На них можно купить амулетов, людей, нанять бойцов с магами.

— Продать национальное достояние?! — ахнула она.

— Достояние должно пользу приносить, а не лежать в сундуке и пылиться, — поддакнул мне Прохор.

Маша надулась и поджала губы.

— В целом идея мне нравится, — решил я не злить дальше внучку беролака. — За эти картины и статуэтки со стульями можно будет у Москвы получить какие-нибудь преференции.

— Заодно можно напасть там на штаб и забрать документы, чтобы передать москвичам.

— Так они нам на шею совсем сядут, — покачал головой Прохор. — И ножки свесят.

— Как-нибудь разберёмся и с этим, — пообещал я. — Уверен, что в Москве хватает умных людей, которые сравнят результаты и потери при наступлении на фронте с нашей помощью и без неё, своими более ранними операциями. И доведут эту информацию до правительства. А сейчас давайте подумаем, когда и кто пойдёт в Минск.