— Да-да, ясно. Ну, раз уж это ради моих парней, я пошлю туда с вами Кларенса. — Унтер кивнул парню с дряблым лицом, страдающему косоглазием.

— Не беспокойтесь, лейтенант, мы сами найдем, — начал было Лафайет, но стражник оборвал его резким жестом.

— Никто не ходит в башню без сопровождения, — твердо сказал он.

— Ну, раз так, то ладно, — решил О'Лири.

Кларенс натянул пальто, нацепил меч, рассеянно глянул на О'Лири и встал, выжидая.

— Вы как-то должны… ну… объяснить Кларенсу, что ему делать, — сказал унтер Лафайету, стоящему рядом. — Ну, всякие там подробности, если вы понимаете, о чем я говорю.

— Пошли, Кларенс, — сказал Лафайет, — в башню!

Во дворе, ярко освещенном полуденным солнцем, Лом догнал О'Лири.

— Когда мы избавимся от этого кретина и убежим? — прошептал он.

— План меняется, — ответил Лафайет. — Этот Кларенс послан нам самим провидением! С конвоем можно идти куда хочешь.

— Вы что, из ума выжили? Единственный шанс для нас — выбраться отсюда и рвануть врассыпную!

— Давайте смотреть правде в глаза: нам из ворот никогда не выйти.

— Но… чего вы надеетесь достигнуть, скрываясь внутри львиного логова?

— Как я сказал страже, башня там, наверху, — Лафайет указал на величественный шпиль, парящий высоко в голубом небе. Знамя полоскалось от ветра на флагштоке, установленном на конце шпиля.

— Чего ради? — изумился Лом. — Мы попадем в ловушку!

— Секрет, — ответил Лафайет.

— Эй! — внезапно засипел Кларенс. — Чего это мы шепчемся?

— Это секретное задание, — ответил О'Лири. — Мы на вас рассчитываем, Кларенс.

— Вот это удача! — счастливо воскликнул Кларенс.

Лом фыркнул. Лафайет повел их во дворец через боковую дверь, сквозь которую он вышел в роковую ночь всего две недели назад. Казалось, прошла целая жизнь с тех пор, как он пошел на злосчастное свидание с Рыжим Быком.

Он повел Лома и Кларенса вдоль узкого коридора, который шел за парадной столовой. В полуоткрытую дверь виднелись длинные столы, застеленные ослепительно белыми скатертями, украшенными красочными цветочными орнаментами в центре, — все это осталось в другой жизни.

— Похоже, готовятся к торжеству, — сделал вывод Лом.

— Ага, — с готовностью кивнул Кларенс. — Сегодня по расписанию большая пирушка. Повод есть. Король… он собирается сказать речь, все знатные особы соберутся.

— Пошли дальше! — зашипел Лом. — Нас увидят, и я сомневаюсь, что местного мажордома удовлетворят объяснения касательно медицинского обслуживания больных труб у этих сторожевых псов.

— Эй! Мне послышалось, тут кто-то непочтительно отзывается о стражниках короля, — пробормотал Кларенс.

— Ничего подобного, — разуверил его Лом.

Они возобновили осторожное продвижение, помедлили у парчового занавеса, за который Лафайет сунул голову и осмотрел зеркальный гранд-зал.

— Пошли, дорога свободна.

— Где все? — заинтересовался Лом. — Как в мавзолее!

— Не испытывайте фортуну. Лучше воспользуемся удачей!

Они добрались до черного хода без приключений. На третьем этаже прошли мимо служанки со шваброй и ведром. Она посмотрела им вслед заплаканными глазами и быстро пошла дальше. Поднялись на три пролета. Там на площадке торчал стражник; он читал газету, сосредоточенно водя по ней шершавым пальцем.

— Кто такие? — осведомился он, подозрительно глядя на две фигуры, закутанные в плащи. — Это что за балбесы, Кларенс?

— Это, вроде, секрет, — шепнул Кларенс, — ш-ш-ш…

— Особая миссия, — подтвердил О'Лири, — под личным контролем сэра Лафайета.

— Ты имеешь в виду короля Лафайета, конечно?

— Точно. И его величество сейчас за вами наблюдает, капрал…

— Такой же капрал, как моя бабушка соленый банан! — заворчал стражник.

— Я в этом мундире уже девять лет, и еще ни полосочки не получил.

— Получишь две, как только будет дело сделано, — обещал О'Лири. — Лично гарантирую.