– Готова? – голос Ясмины вырвал меня из размышлений. – Приступим.

Спустя час, когда подруга уже наносила светлые тени на внутренние уголки моих глаз, дверь в комнату распахнулась, и в проеме показался Сава. По нему и не скажешь, что он только проснулся: искрящиеся глаза, причесанные волосы овсяного цвета, озорная улыбка. Свеж и бодр, как и всегда.

– Эй, Яс, я могу похитить ее у тебя? – он игриво вскинул брови и заговорщически улыбнулся мне. Раньше у меня от такого кровь приливала к лицу, а тело покрывалось крупными мурашками.

– Мне осталось сделать растушевку и подкрасить тушью ресницы, - подруга дала ему уверенный отпор. Я отсюда без ее разрешения точно не выйду.

– Жду тебя у себя, Лу, - сказал он и, лениво потягиваясь, ушел к себе.

–  У вас все хорошо? – неожиданно спросила Ясмина, когда мы услышали стук захлопывающейся двери его комнаты.

– Почему ты спрашиваешь? Он что-то говорил? – ее вопрос застал меня врасплох. Или подруга умела читать мысли или Сава ей в чем-то признался.

– Мы с ним практически не общаемся. Дело в тебе. Какая-то отрешенность в твоих глазах в последнее время, - она пожала плечами, словно это пустяк.

3 глава

Сегодня Ясмина осталась после занятий для составления плана курсовой работы с преподавателем по зоологии.

– Тебе тоже пора определиться с темой и начать писать, - напоследок сказала подруга и с умным видом удалилась прочь. И хорошо, пусть держится на безопасном от меня расстоянии со всеми этими научными исследованиями, а то вдруг мне тоже захочется.

На парковке у института стоял знакомый автомобиль темно-синего цвета, а рядом с ним – залипающий в телефон Сава.

– Мне следует проверить твои переписки? А то больно уж широко ты улыбаешься, - спросила я и, не дожидаясь ответа, прильнула к его груди.

– А мне нужно переживать о том, что ты не целуешь меня при встрече? – он одарил меня требовательным взглядом и игривой улыбкой, но я в ответ лишь покачала головой.

Когда до Савы дошла бессмысленность затеянной игры, он отключил режим обольстителя и посмотрел на меня ясным взглядом.

– Ну, что сегодня нового узнала?

– Что ж, - я задумалась, вспоминая последнюю лекцию по ботанике.
– Вот тебе интересный факт: Летучие мыши тоже переносят пыльцу растений, это называется хироптерофилией.

– Кто бы мог подумать, что они на такое способны, - он явно знал этот любопытный факт, поэтому даже не взглянул в мою сторону.

– Мы куда-то поедем? – я кивнула в сторону машины, явно недавно побывавшей на мойке.

– Да, запрыгивай. Скатаемся в парк, не возражаешь?

Помотав головой, я устроилась на переднем сидении, полностью опустила стекло и взялась за магнитолу. Почему люди вокруг просто не могут слушать мою музыку, им так обязательно загружать сюда свою? Когда в динамиках заиграла «Knocking On Heaven's Door» в исполнении Bob Dylan, мой палец застыл на кнопке переключения, не осмеливаясь нажать «далее». Лицо само по себе расплылось в улыбке.

В декабре прошлого года я пришла к Ясмине, чтобы вручить подарок в честь наступающего нового года. Она накрыла для нас двоих в гостиной: на столе стоял поднос с роллами и суши, а пустые бокалы с жадностью ждали, когда их наполнят красным вином. На экране плазмы была заставка к фильму «12 рождественских свиданий». Нас ждали обычные девчачьи посиделки, но прямо перед моим приходом подруге вздумалось принять душ. Так что дверь мне открыл Сава. Мы иногда пересекались, когда я бывала у них в гостях. Он казался мне хорошим парнем, всегда здоровался и по-доброму улыбался. При каждой встрече мы задерживали друг на друге взгляд, но кто-то из нас всегда отводил глаза в сторону.

– И как долго она обычно там торчит? – спросила я у него в тот день.

– Знаешь, какое мы с родителями дали прозвище Ясмине? – он посмотрел на меня выжидающим взглядом.

– Не уверена, что хочу знать.

– Енот-полоскун.

Я нерешительно улыбнулась, не понимая, нужно ли мне смеяться над его шутками.

– Подожду ее здесь, на диванчике.

– Или, - он подошел к музыкальной колонке и увеличил громкость, но не сильно, так, чтобы я могла его слышать, - ты можешь потанцевать со мной.

Мне, удобно устроившейся на мягком кожаном диване, эта идея пришлась не по вкусу.

– Нет, спасибо.

– Значит, отвергаешь мое предложение. Ладно, тогда я буду танцевать один.

И тут начала играть эта песня, словно созданная для Савы: для его плавных неспешных движений и для его воздушных, но сильных рук. Ноги не хотели слушаться, но он изо всех сил старался притоптывать в такт мелодии, не забывая в нужный момент негромко хлопнуть в ладони. Я, набравшись смелости, медленно поднялась с места и подошла к нему. Он поднял голову и вопросительно посмотрел на меня.