Музыканты сдались. Развлекать толпу весь день и вечер — неплохое испытание. Брент задавался вопросом, на каком топливе ребята работают, но так и не увидел рядом с ними никаких бутылок, сколько ни смотрел. Однако не только для музыкантов вечер стал испытанием, но и для туристов: непрерывные кельтские мотивы уже порядком давили на мозг. От повторяющихся мелодий невидимые нити будто стягивали виски, и это неприятное ощущение начинало переходить и на глаза.

Прыжки через костёр завершились. Никто не пострадал и не сжег одежду. Удивительно, учитывая, что перед началом обряда некоторые успели продегустировать эль из кафе-фургона. Сейчас от группы отделились несколько тяжело дышащих парней и направились к плетельщицам венков. Колин поставил на ноги Дженнифер, Флоран подсел к своей подружке, остальные тоже распределились между девушками. Завязался какой-то разговор. Но продлился совсем недолго. Уже через минуту американская девчонка утащила Колина прочь, и другие последовал их примеру.

Брент медленно поднялся на ноги и опёрся плечом о ствол дерева.

Возле кучи травы осталось всего несколько человек. Очень удачное стечение обстоятельств. Эмма огляделась по сторонам, и на её лице отразилась какая-то беспомощность. Но это выражение быстро исчезло. Девушка нахмурилась, сдвинула брови и принялась интенсивно разматывать моток ниток, всем своим видом демонстрируя миру, что ужасно занята. Придётся её отвлечь. Брент отлепился от дерева и размашистыми шагами вышел из тени.

Он быстро пересек поляну и остановился рядом с девушкой, которая одна из немногих отказалась от предложенной рясы и осталась в своей походной одежде. Причастность к празднику выдавал только лежащий на коленях венок, который Эмма сосредоточенно обматывала нитками.

— Привет, — улыбнулся Брент, глядя сверху вниз на распущенные по плечам густые кудряшки.

Эмма резко вскинула голову. Будто не заметила, как рядом с нею остановились коричневые ботинки. А может, действительно не заметила.

— Привет, — удивлённо пробормотала она.

Брент присел на корточки напротив неё, зеленые глаза оказались на уровне его серых.

— Для кого сплела? — хмыкнул он, указав подбородком на венок.

— А я обязательно должна плести для кого-то? – одна тёмная бровь взметнулась вверх. — Этот венок мой.

— А разве так можно?

— Если вы намекаете на себя, молодой человек, — подала голос сидящая рядом с Эммой шотландка в рясе, — то мужские венки выглядят иначе.

Какая проницательная мадам. Произнося свою реплику, она даже не взглянула на Брента, но он мог поклясться, что она успела оценить его с ног до головы.

— Правда? — ухмыльнулся он.

— Да. Мужские плетут из веток с листьями. А этот, — женщина наконец подняла голову и кивнула в сторону колен Эммы, — женский. На него еще можно загадать желание.

— Будешь загадывать? — поднял брови Брент.

Эмма закончила обматывать венок. Подняла его, натянула нить и закусила её, отгрызая от катушки. Брент внимательно проследил за её действиями. Он сам не заметил, как скопировал девушку, прикусив губу.

Нитка лопнула, катушка отлетела в сторону.

— Нет, — мотнула головой Эмма, триумфально водружая венок на голову. — Я не для того его плела.

Несколько лепестков осыпались с весенних цветов и запутались в густых кудряшках. Эмма и понятия не имела об этом. Брент не стал ей говорить. Эти лепестки смотрелись слишком хорошо, чтобы вынимать их из волос.

За спиной снова заиграла музыка и раздался гомон голосов. Брент невольно поморщился и обернулся.

— Господи, только не это… — устало протянул он. — Что они задумали на этот раз?

— Танцы, — недоуменно ответила Эмма. — Ты не знал?

— Нет. Моя башка треснет, если я еще хоть минуту послушаю волынку.

— Бедняга…

Пора выбираться отсюда. Хотя эта чёртова музыка дотянется до ушей даже на расстоянии, но, возможно, возле кафе-фургона её было бы не так слышно.

— Ты ужинала? — выпалил Брент, заглядывая в зеленые глаза.

Тупой вопрос. Вся группа поужинала после установки палаток.

— Э-э… да… как и все остальные… — еще более недоуменно заметила Эмма.

Но Брент уже плохо слушал её ответ. Он вскочил на ноги, и протянул девушке руку.

— Не важно. Пойдём, посмотрим, есть ли у них мороженое.

— Я в этом сомневаюсь, молодой человек, — философски заметила шотландка в рясе.

Её никто не спрашивал. И она это понимала: на лице женщины отразилось что-то вроде лукавства.

— Но мы всё-таки посмотрим, — улыбнулся ей Брент. — Пойдём?

Эмма неопределенно фыркнула, вложила свою ладонь в его, и осторожно поднялась на ноги. Венок качнулся на голове, еще несколько лепестков упали и застряли в волосах. Настоящая богиня или фея, только мимикрирующая под походного инструктора в лосинах и термоводолазке.