— Вставай, принцесса, и вали мыться, — приказал Брент, не обращая внимания на буйную реакцию.

Колин поморщился и снова упал на клеенчатое покрытие кушетки.

— Иди к чёрту, — простонал он, утыкаясь носом в свою руку. – Дай мне сдохнуть.

— Я бы с радостью, но твои родители засудят мисс Маршалл.

Брент снова перевернул бутылку, теперь уже вода потекла по шее парня, в воротник и на спину. Колин завертелся на месте, пытаясь втянуть голову в плечи.

— Пошёл вон! – заорал он.

На кушетке напротив зашевелилась Джен.

— Бо-о-оже, как мне плохо, — сообщила она осипшим сопрано.

А потом сорвалась с места, и оттолкнув Брента в тесном пространстве домика, выскочила на улицу. Дальше стали раздаваться характерные звуки.

Кое-как, преодолевая сопротивления и стенания, Брент смог затащить американских детей в один на двоих душ. На мгновение у него возникло сомнение, уместно ли это и настолько ли далеко зашли отношения вчерашних школьников, но все эти мысли развеялись очень скоро.

— Ну ты идёшь? – спросила Дженнифер, стоя уже в душевой комнате, в то время, как Колин чуть переставлял ноги.

И её вопрос сразу же решил дилемму.

Через десять минут дети уже сидели на крыльце чистые, умытые, и абсолютно разбитые. Колина лихорадило; Дженни явно стало легче, но она не выглядела счастливой. Вряд ли Брент на её месте был бы счастлив. Он не знал, сколько малыши выпили вечером, и что они пили вообще, но прекрасно представлял себе все круги ада, которые они сейчас проходят.

— Кого стошнило на гравий? – спросила Брент, пригубив кофе. Он успел сделать себе еще порцию, пока ждал детей возле администраторской стойки.

Колин оторвал бездумный взгляд от своих колен и виновато посмотрел на Брента. Такое молчаливое признание.

— Ясно, — кивнул тот. – Сделай так, чтобы твои отходы не были так заметны.

— Что? – прошептал мальчишка.

— Ты же всё услышал.

— Зачем?

Наивный вопрос эгоистичного подростка.

— Сегодня здесь будут ночевать другие люди, — Брент снова поднёс к губам стаканчик и отпил напиток. — Не думаю, что им понравится вступить в твою блевотину.

Парень поёжился, хотя температура воздуха была даже тёплой… если здесь вообще бывает тепло. Возможно, Брент слишком давил на детей, но кто-то должен это сделать. Мисс Маршалл всё еще оставалась гидом и не могла так вести себя с теми, за чьи деньги состоялся поход. А Брент мог.

— Я передумал, — снова заговорил Колин, пристально глядя на Брента снизу вверх. – Ты не Человек дождя. Ты Двуликий.

Брент вздохнул и безучастно посмотрел по сторонам.

— Кто?

— Двуликий, — повторил мальчишка. — Злодей из «Бэтмэна».

Похоже, конспирация окончательно потеряла смысл. А был ли он вообще? Брент не успел на это отреагировать: за спиной послышался тихий смешок. Брент развернулся, кофе чуть не расплескался из стаканчика.

На дорожке стояла Эмма и улыбалась. Её мокрые кудряшки были собраны в высокий тугой узел, несколько коротких вьющихся прядей выпали из прически и щекотали длинную шею. Огромные зеленые глаза смеялись, на одной щеке появилась ямочка, которой раньше будто бы не было. Брент невольно уставился на неё.

— Вижу, им лучше, — констатировала Эмма.

Кому «им»? Брент на секунду забыл, что здесь ещё кто-то есть. Разве есть? Ну да, сидят два обессиленных тела. Не слишком им «лучше», в отличие от их няньки, которая заметно ожила. Эмма будто светилась изнутри, чего не наблюдалось за нею раньше.

Брент многозначительно пожал плечами.

— Они еще живы.

— Удивительно, — хмыкнула девушка.

— Он заставляет нас копаться в… этом, — подала осипший голос Дженнифер.

Эмма опустила взгляд себе под ноги.

— Я слышала.

— Ты должна нас спасти, — сообщил Колин, выжидающе уставившись на гида.

Мальчишка был уверен, что сможет увернуться от ответственности. И это он еще не знал про один особый пункт в договоре с турфирмой. Эмма сморщила веснушчатый нос и заложила руки за спину.

— Нет, не должна.

Да, настроение у неё определенно улучшилось. Брент открыто любовался мимикой девушки, не пытаясь скрыть, что его это развлекает.

— Понимаешь, Колин, я не могу вмешиваться в отношения между туристами, — продолжила она. — Меня это не касается, если только дело не дойдёт до драки.