Как умер их отец? Куда он делся? Райли не понимал. Он вообще ничего не понимал.

Дрю положил руку ему на плечо, и в этот момент, в тусклом свете и тишине, воцарившейся в кабинете, Райли увидел отца в лице брата.

– Однажды, когда мы станем старше, мы найдем их и заставим заплатить. Я заставлю их заплатить.

Эта мысль придала Райли силы. Это было лучше, чем думать о том, чего они лишились.

– Нет, ты правильно сказал сначала. Мы заставим их заплатить. Ты, я, Брэн и Миа. Мы заставим их страдать.

Дверь открылась и вошла пожилая женщина с чемоданом. Она начала говорить про временное жилье для них и про психологическую помощь, которая им будет оказана. Очень аккуратно она начала говорить про приемную семью и про то, как трудно будет найти дом для всех них.

Но Райли смотрел только на Дрю.

И знал, что однажды они снова будут вместе. В конце концов, у них есть общая цель.

Глава 1

Двадцать лет спустя. Нью-Йорк

– Мистер Лэнг? Могу я вам что-нибудь предложить? Все, что захотите.

Райли Лолесс взглянул на симпатичную блондинку-администратора, и у него возникло чувство, что она действительно имеет в виду то, о чем говорит. Девушка смотрела на него так, словно готова была съесть его живьем.

– Не думаю, что у нас есть время для того, о чем она думает, – пробормотал он себе под нос.

Рядом с ним усмехнулся Дрю, откидываясь назад.

Райли покачал головой, его брат был прав. Он должен сосредоточиться только на одном – ему необходимо произвести впечатление на Элли Стрэттон.

– Спасибо, ничего не нужно.

Блондинка вспыхнула и протянула ему свою визитку.

– На тот случай, если вы передумаете, мистер Лэнг.

Она развернулась и пошла к своему столу, цокая своими высоченными каблуками по мраморному полу. Прошли годы, пока Райли стал использовать фамилию Лэнг, но он все еще не привык к ней. Они решили, что благодаря этой фамилии никто не сможет связать его с историей Лолесс. Он и Брэн взяли девичью фамилию бабушки по отцовской линии, поэтому их нелегко было бы связать с Дрю. Однако Райли по-прежнему не мог смириться с тем, что не мог взять фамилию родителей.

У него была куча официальных документов, согласно которым его именем было Райли Лэнг, но он никогда не забывал, что он Лолесс.

– Не понимаю. Я ведь привлекательнее тебя. Почему же женщины вешаются на тебя? – спросил Дрю, наблюдая за тем, как администратор вернулась на свое рабочее место, виляя бедрами.

– Ты их жутко пугаешь, – фыркнул Райли. Братья вели этот спор примерно раз в месяц. – Они чувствуют в тебе хищника.

– Видишь? – Дрю улыбнулся ему. – Я умею улыбаться. Я совершенно безобиден.

Теперь была очередь Райли улыбаться.

– Приятель, даже улыбаясь ты выглядишь так, словно выслеживаешь кого-то. Так что занимай за мной.

– Так мне надо стать безмозглым красавчиком?

– Ага, скажи это в Гарварде. Нет. Тебе надо выглядеть дружелюбнее. Иметь вид нормального человека. Нормальные люди не выглядят так, словно готовы выпустить когти и клыки в любой момент.

Его брату раньше женщины уделяли много внимания, но годы становления компании и воспитания братьев и сестры убили всякий свет в глазах Дрю. Райли поправил галстук и принял серьезный вид.

Когда для дела требовалось применить обаяние, приглашали Райли. Он был самым обаятельным и знал, как спрятать свои темные мысли и дать людям то, чего они хотят. Дрю был слишком хищным, а что касается Брэна... всегда угадывалось что-то мрачное за его внешностью. Кажется, женщины еще больше опасались именно Брэна.

Поэтому Райли был парнем что надо, если требовалось применить чуточку обаяния.

– Готов? – взгляд Дрю был направлен в сторону двух кабинетов партнеров. Райли был уверен, что Дрю знает расположение всех кабинетов в здании, несмотря на то что никогда не был здесь раньше. Дрю ничего не упускал из вида. Никогда.

– Да, – он был готов встретиться с Элли Стрэттон.

Дочерью Филиппа Стрэттона и деловым партнером Стивена Касталано.

Филипп Стрэттон и Стивен Касталано были замешаны в смерти их родителей. Они – убийцы, и час расплаты настал. Но, к сожалению, Филипп Стрэттон уже мертв.

Грехи отца перешли на его дочь. Элли Стрэттон придется заплатить за то, что сделал ее отец.

– Пришли, – голос Дрю был полон удовлетворения, когда он увидел, что Стивен Касталано идет по коридору.

Удовлетворение переполняло его, потому что это было началом игры, над которой Дрю работал в течение двадцати лет. Касталано и не заметит, что играет в эту игру, пока не проиграет.