Кроукер интуитивно чувствовал, что ему следует быть осторожным, иначе это бесценное интервью будет преждевременно прекращено.

— Ей нужен Тони Д., — сказал он. — Я не помешаю ей делать то, что она должна.

Теперь Рената моргнула, и Кроукер понял, что выиграл важное очко.

— Почему бы нам не пойти в дом? — предложила Рената.

Бледная луна висела в чистом небе. Ветер набрал силу, но они были защищены от него кустарниками, растущими около галереи. Сверху спускался, как покрывало из серебряных кружев, таинственный лунный свет. Они остановились, почти прижимаясь друг к другу.

— Судьбу Маргариты окончательно решила смерть моего сына, — заявила Рената. — До Дук убил его, и это было, несомненно, сделано по приказу Чезаре Леонфорте. Есть причина, почему Чезаре выбрал До Дука. Он не просто хотел смерти Доминика, он хотел узнать, что было на уме у Доминика.

Маргарита повернулась к лунному свету, и Кроукер увидел, что она беззвучно плачет. Ее страдание пронзило его до самого сердца.

— Вы хотите сказать, что Доминика пытали, прежде чем убить?

Рената медленно склонила голову, не спуская глаз с Маргариты.

— В этом мало сомнения. Вопрос в том, насколько удалось моему сыну выстоять перед До Дуком.

— Вы знаете этого человека лучше, чем мы, вы...

— Что бы ни хотел Роберт выведать у Дома, он это получил, можете быть уверены. — Эти слова, казалось, непроизвольно вырвались из уст Маргариты.

Рената побелела. Кроукер видел, что она удерживается на ногах, собрав все силы. Наконец она сумела успокоиться настолько, чтобы сказать:

— Ты встречалась с ним?

— Да.

Кроукеру показалось странным, что Маргарита не стала ничего уточнять, а Рената ничего больше не спрашивала. Прошло много времени, в течение которого было слышно, лишь как лошади переступали ногами в стойлах. Казалось, никто не был в состоянии двигаться или даже дышать. Наконец Рената повернула голову к Кроукеру.

— Если это так, тогда мы должны допустить самое худшее. Мистер Кроукер, вы должны отправиться в Токио как можно скорее.

— Почему? Почему так срочно? — Он переводил взгляд с загадочного лица одной женщины на закрытое лицо другой. — Источник информации Доминика находится в Токио?

Рената безжизненно склонила голову.

Вновь он подумал о Николаса, что делал очень часто с тех пор, как увидел свидетельства жуткого ритуала, совершенного при убийстве Доминика Гольдони. Конечно, Николас смог бы помочь ему теперь, когда он отправится в Токио. Его сердце взволнованно забилось при мысли, что он снова увидит своего друга.

— Видимо, нужно сообщить все это Лиллехаммеру.

— Думаю, что это было бы очень неразумно, — резко заявила Рената. — Вряд ли он обладает свойственными вам открытостью и разумностью.

— Верно, но в любом случае мне понадобятся паспорт, деньги и содействие. Без поддержки Лиллехаммера в такой чужой стране, как Япония, я очень скоро буду плавать мертвым в море.

— Я предоставлю вам все, что нужно, — сказала Рената так поспешно, что Кроукер тотчас же понял, насколько критическим для нее было бы изменение его статуса. — Дополнительно я могу защитить вас от него.

— От кого? До Дука? С тем, что вы уже дали мне, я думаю, что сумею позаботиться о себе сам. Рената покачала головой.

— Я говорила о Уилле Лиллехаммере.

Она достала из-под куртки свернутый экземпляр последнего номера газеты «Вашингтон пост» и передала ему.

«РУКОВОДИТЕЛЬ КОМПЬЮТЕРНОГО ГИГАНТА НАЙДЕН ЗАСТРЕЛЕННЫМ» — гласил заголовок. А сразу под заголовком был помещен портрет Харли Гаунта, человека номер один Николаса в Штатах. Согласно высокопоставленному государственному источнику, не названному в статье, которую Кроукер читал со всё растущим беспокойством, Гаунт, Николас и сама компания «Сато-Томкин» должны были предстать перед Комиссией сенатора Рэнса Бэйна. Согласно статье, Гаунт решил сотрудничать с Комиссией. Очевидно, убийство главного свидетеля выпустило весь пар из расследования. Николас Линнер получил вызов из Токио, чтобы дать ответы на серьезные, но пока еще неопубликованные обвинения в неправильных действиях, но он отказался подчиниться. Теперь Гаунт, человек, предположительно знающий изнутри о всех делах «Сато-Томкин» и готовый выдать всю информацию Комиссии, был мертв. Заключение, которое сделали также неназванные высокопоставленные государственные источники, было ясным. Линнер, занимавший какую-то синекуру в Японии, подозревается в том, что он отдал приказ заткнуть рот Гаунту.

Кроукер посмотрел на Ренату. В ее глазах блестел отраженный лунный свет. Что мог он прочитать в них? Скрытый намек на удовлетворенность, отсутствие прощения?

Рената глубоко вздохнула и сказала:

— Вечером накануне того дня, когда он был убит, мистер Гаунт приходил ко мне. Я дала ему некоторую информацию об одном человеке — доказательства, свидетельствующие о его преступных действиях. Этим человеком был Уилл Лиллехаммер. Но я... — Впервые она заколебалась. — Я никогда не думала, что результатом будет смерть Гаунта.