Я побрёл дальше, а мрачные мысли всё витали в моей голове. Как я смогу обрести силу, если сражаться я не могу, энергии просто нет на это, не говоря о том, что меня убьют первым нормальным ударом. А без силы в таком мире ты никто… Забросить идею становления боевым магом? Да ни за что. Сила, сила и ещё раз сила. Только она может помочь в таком жестоком мире, где нет ни законов, ни государств, есть только непонятная система, боты и маги. Хочешь — кради, хочешь — убивай, хочешь — насилуй, делай, что хочешь. Только будь добр иметь достаточное количество сил, иначе всё это будут делать с тобой.

Однако Фракции слегка внесли коррективы в эти принципы постапокалипсиса и анархии. Выстроили иерархию рангов, подчинили себе территорию, выбрали валюту. В общем, построили аналог государства, сплотив вокруг себя людей. А признаки государства — это территория, власть, валюта, законы. Вроде бы это курс обществознания. Да они, наверное, и законы какие-то придумали, только вот я про них пока ничего не слышал. Об этом стоит задуматься. А если какая-то из фракций падёт, то тут же начнётся раздел её территории, что для меня не есть хорошо. Ведь шансы попасть под раздачу сильных магов очень повышаются.

— Привет! Чего это ты мрачнее тучи? — внезапно раздался рядом жизнерадостный девичий голосок.

Я удивлённо поднял голову и посмотрел на неё. Лёгкая улыбка, светлые волосы, карие глаза, тонкая шея, аккуратный носик. Одним словом красавица. И что ей от меня надо? А на вид лет двенадцать не больше, а может и меньше. У меня заболело в груди, и появилось нехорошее предчувствие. Не к добру это всё, ой, не к добру.

— Мрачный потому что мрачный. Тебе-то такая разница?

— Бяка, — она надула щёчки. — Даже не улыбнулся в ответ.

— Слушай, а где здесь пожрать можно?

— Ну, ты точно бяка, только о еде и думаешь, — она нахмурилась, а затем её брови взмыли вверх. — Ты улыбнёшься, когда поешь?

— Возможно.

— Тогда я отведу тебя, — сказала эта маленькая девочка и с уверенностью в глазах сжала кулачки.

— И зачем?

— Не говори глупостей…

Она резка замолчала, её зрачки расширились, глаза наполнились жёлтым светом, а её взгляд стал иным. Совершенно другим голосом она продолжила:

— Ты же хочешь избавиться от метки тёмной сущности, что засела у тебя в ауре?

Как она узнала? Неужели это теперь общедоступная информация?! Да не, бред. Значит, дело в ней, вернее, в этих глазах.

— Ты кто такая?

— Я — друг, и собираюсь помочь тебе.

— Ха! Я скорее поверю в то, что ты Апостол света, чем в это.

— Как догадался?

— О! Так я угадал! Ткнул пальцем в небо и угадал! — я засмеялся истерически хохотом, затем резко замолчал, покачал головой и помассировал виски. — Сегодня определённо плохой день. И всё же, зачем тебе помогать мне?

— Во-первых, от тебя зависит гораздо больше, чем ты думаешь.

— Да неужели, — я удивлённо вскинул бровь.

— Во-вторых, как Апостол света, разве я могу оставить Вестника света в беде? В-третьих, я просто возвращаю долг.

— И как же ты умудрилась мне задолжать, если я тебя вообще не помню?

— Ты поможешь мне в будущем.

— Кроме того, у тебя, наверное, и уровень соответствующий, где-нибудь за пятидесятый.

— Шестьдесят второй, если быть точнее.

— Вот-вот. Тем более, это на сколько времени вперёд надо мыслить, чтобы отдавать долг, которого ещё нет? Ты предсказательница?

— Значит, он тебе не говорил.

— Кто он?

— Когда придёт время, узнаешь.

— Ты можешь говорить нормально, а не загадками?

— Поспешишь — людей насмешишь. Но однажды ты всё поймёшь.

Я хотел ответить что-нибудь колкое в ответ, как осознал, что мы подошли к какому-то строению. Огляделся, но всё равно не понял, где мы. Видимо, я просто не был в этой части базы Техномагов. И надо было так увлечься разговором?

— Не понимаешь, куда мы пришли?

— Есть такое.

— Это западная часть базы, а на востоке находится центр локации, поэтому мы прошли, чуть ли не всю крепость насквозь.

— И нас при этом ни разу не заметили и не остановили патрули?

— Ты забыл, что я Апостол света?

— Ах, да. Заклинание маскировки.

— Технически это заклинание искривляет свет вокруг заклинателя, но можно и так сказать.

— Зачем ты мне всё это рассказываешь?

— Никогда не знаешь, что может пригодиться в трудную минуту.

— Что ты хочешь этим сказать?