Все эти цифры говорили о том, что шансы Финляндии выстоять в схватке нулевые, если Сталин твердо решит добиться своего. Мир уже видел, как быстро Польша, чье население было в 10 раз больше финского, а военная инфраструктура была куда современнее, потерпела поражение за несколько недель, причем немецкие силы уступали советским в численности минимум вдвое. Словом, финны не были настолько безумны, чтобы воображать, будто они в состоянии добиться военной победы. Вместо этого, как объяснил мне финский друг, их целью было «сделать русскую победу такой медленной, мучительной и дорогостоящей, насколько это возможно». В частности, цель Финляндии состояла в том, чтобы сопротивляться так долго, чтобы правительство успело заручиться военной поддержкой дружественных стран, и напугать Сталина объемом военных расходов.

К великому удивлению СССР и остального мира, Финляндия устояла. Советский военный план вторжения по всей длине общей границы предусматривал штурм линии Маннергейма на Карельском перешейке и попытку «разрезать» Финляндию надвое в самом узком месте страны. Против советских танков, что двинулись на линию Маннергейма, финны применяли новое оружие, восполняя дефицит противотанковых пушек так называемым «коктейлем Молотова», то есть бутылками с горючей смесью, которой хватало, чтобы поджечь танк. Еще финские солдаты в окопах пропускали танки мимо себя, а затем заклинивали им гусеницы бревнами. Отдельные сорвиголовы бросались затем к обездвиженным машинам, совали винтовки в стволы пушек и смотровые щели и расстреливали советских танкистов внутри. Не удивительно, что уровень потерь среди противотанковых бригад Финляндии составлял до 70 % личного состава.

Больше всего мировых наблюдателей восхитило то, что финским войскам удалось уничтожить две советские дивизии, которые пытались рассечь Финляндию надвое. Боевые машины и танки с пехотой двигались по нескольким дорогам, ведущим от советской границы в глубь Финляндии. Малочисленные группы финских солдат, на лыжах и в белом камуфляже для маскировки на снегу, сопровождали врага, вынуждали делить силы и уничтожали одно подразделение за другим (см. источник 2.5). Финский ветеран в 1959 году описывал мне тактику, которую он с однополчанами использовал в зимнем лесу. Ночью советские солдаты ставили автомашины длинной колонной вдоль узкой однополосной лесной дороги, а сами собирались вокруг больших костров, чтобы согреться. (Финны, кстати, спасались от холода с помощью крохотных обогревателей в палатках, и снаружи их было не заметить.) На лыжах мой собеседник и его взвод подбирались как можно ближе, на дальность прицельной стрельбы (см. источник 2.6). Затем они взбирались на деревья поблизости с винтовками, выглядывали вражеских офицеров в свете костров, расстреливали их и убегали, оставляя советских солдат без командиров, напуганными и деморализованными.

Почему финская армия смогла так долго защищаться против превосходившей ее по всем показателям армии СССР? Во-первых, одной из причин является мотивация: финны осознавали, что сражаются за свои семьи, свою страну и ее независимость, были готовы умереть за это. Например, когда советские части наступали по льду замерзшего Финского залива, а им противостояли только малые гарнизоны на островах, финским солдатам объяснили, что спасения ждать не следует, что они должны убить как можно больше «русских», прежде чем погибнут сами, – и они приняли этот бой. Во-вторых, финнам было привычно перемещаться на лыжах по зимнему лесу, и они хорошо знали местность, на которой им выпало сражаться. В-третьих, финские солдаты имели форму, обувь, палатки и снаряжение для боевых действий зимой, а вот у Красной армии не было ничего подобного. Наконец, финская армия, как и израильская армия сегодня, продемонстрировала эффективность в диспропорции к своей численности, поскольку в ней допускалось, что солдаты могут проявлять инициативу и принимать решения самостоятельно, а не просто подчиняются приказам.

Но упорство и временные успехи финской армии всего-навсего отдаляли неизбежное. С ожидаемым таянием зимнего льда и снега по весне СССР должен был наконец материализовать свое превосходство в численности и технике, прорваться через Карельский перешеек и форсировать Финский залив. Финляндии оставалось надеяться на помощь добровольцев и на поставки техники и живой силы из других стран. Что же происходило на этом дипломатическом фронте?

Общее сочувствие маленькой Финляндии, отважно сражавшейся с громадным советским агрессором, побудило 12 000 иностранных добровольцев, в основном из Швеции, влиться в ряды финской армии. Но большинство этих добровольцев еще не закончили обучение к тому времени, когда война завершилась. Некоторые страны присылали военную технику разной степени полезности. Например, один финский ветеран рассказывал мне, что Италия поставила старые артиллерийские орудия времен Первой мировой войны. При выстреле артиллерийское орудие откатывается назад, поэтому его необходимо закрепить на прочном основании. Каждое орудие требует не только наводчика и стрелка, но и корректировщика огня, который занимает позицию перед пушкой, смотрит, куда падает снаряд, и дает указания и поправки для следующего выстрела. По словам того ветерана, эти старые итальянские пушки настолько плохо справлялись с отдачей, что для каждой из них назначали двоих корректировщиков: один отслеживал падение снарядов, а другой располагался позади, чтобы оценивать смещение орудия при стрельбе!

На самом деле единственными странами, на чью помощь Финляндия могла рассчитывать с точки зрения живой силы и снаряжения, были Швеция, Германия, Великобритания, Франция и США. Соседняя Швеция, тесно связанная с Финляндией благодаря долгой общей истории и общей культуре, отказывалась отправлять войска из страха втянуться в войну против СССР. Германия ранее направляла войска на защиту независимости Финляндии и имела давние культурные связи с Финляндией, но теперь Гитлер не желал нарушать условия пакта Молотова – Риббентропа. Соединенные Штаты Америки были далеко, а у президента Рузвельта руки оказались связаны нейтралитетом, следствием десятилетий американской политики изоляционизма.

Получалось, что реальными источниками помощи могли выступить только Великобритания и Франция. Обе страны, пусть и не сразу, согласились направить свои войска в Финляндию. Но они уже находились в состоянии войны с Германией, и эта война занимала все помыслы британского и французского правительств, которые не собирались отвлекаться, назовем это так, на посторонние цели. Германия импортировала большую часть железной руды для своих нужд из нейтральной Швеции. Значительные объемы руды вывозились из Швеции через Норвегию по железной дороге до свободного ото льда норвежского порта Нарвик, и переправлялись по морю в Германию. Англичане и французы стремились установить контроль над шведскими запасами железа и прервать морское сообщение с Нарвиком. Поэтому их предложение направить войска через нейтральные Норвегию и Швецию на помощь Финляндии было не более чем предлогом для достижения истинной цели.

На словах британское и французское правительства пообещали Финляндии прислать десятки тысяч своих солдат, но на деле выяснилось, что большинство сил будет переброшено в Нарвик, на железную дорогу к порту и на шведские месторождения. Лишь крошечная часть этих сил должна была попасть в саму Финляндию. Причем даже это потребовало бы разрешения правительств Норвегии и Швеции, а те, поскольку их страны соблюдали нейтралитет, отказались одобрить данный план.

В январе 1940 года Советский Союз наконец начал делать выводы из ужасающих потерь и военных поражений декабря. Сталин ликвидировал марионеточное правительство Финляндии во главе с финским коммунистическим вожаком Куусиненом. Это означало, что Сталин больше не отказывается признавать действующее финское правительство, а последнее начало прощупывать почву на предмет мира. Вдобавок СССР прекратил тратить время и силы на попытки рассечь Финляндию надвое и вместо этого собрал немалое количество пехоты, артиллерии и танков на Карельском перешейке, где открытая местность благоприятствовала боевым действиям. Финские солдаты непрерывно сражались на протяжении двух месяцев и изнемогали от усталости, тогда как СССР мог бросить в бой свежие силы из своих огромных запасов. В начале февраля советские части прорвались через линию Маннергейма и заставили финнов отступить на следующую, гораздо менее крепкую линию обороны. Финские генералы, находившиеся под командованием Маннергейма, умоляли его отступить дальше, чтобы воспользоваться преимуществами тыловых позиций, но у Маннергейма были железные нервы: несмотря на тяжелые потери, которые несла финская армия, он отказался отступать, потому что знал – Финляндии необходимо оставить за собой столько территории, сколько получится, к моменту начала неизбежных мирных переговоров.