А может ей просто этого хотелось? Вообще, что за мысли! Ей сейчас не до отношений и любви. Разобраться бы без потерь со всем, что на неё навалилось за последнее время.

— Как думаешь, успел Костик оставить завещание или нет? — неожиданно раздался женский голос со стороны входа в ресторан.

— Если нет, то сейчас такая грызня начнётся, — вторил ей другой.

— Она начнётся в любом случае, — хмыкнула первая собеседница. — Родственнички будут глотку друг другу рвать, пытаясь отодрать хоть кусочек. А, если имеются официальные наследники, то, наверняка, начнутся судебные тяжбы за право оспорить завещание. Даже подумать страшно, — весь описываемый ужас произносился таким весёлым голосом, словно она рассказывала о предстоящей вечеринке. — Как думаешь, может Костя и мне чего оставил?

— С чего бы? — удивилась вторая.

— А почему бы и нет. В любви он мне, конечно, не признавался, но нам было хорошо вместе. Жадным Паршин никогда не был, а, как известно, детей у Кости не было, да и родственников он своих не особо жаловал. Это я точно знаю. Так почему бы не порадовать тех, с кем он проводил свой досуг.

«Бывшая любовница, значит», — подумал Никитин. От подобных разговор он ощущал тошноту и омерзение, каково же было при это Марине…

— Может прогуляемся немного? — предложил Юра, не задумываясь, желая лишь увести девушку подальше от говорящих.

— А пойдём, — быстро согласилась она, выбрасывая окурок в ближайшую урну. — Я больше не хочу туда возвращаться. Счета все оплачены, пусть развлекаются. Я там не обязана находится. Своё дело я сделала.

— Хорошо. Я только позвоню сестре, что мы не вернёмся, — сказал Юра, доставая мобильный.

Не спеша, прогулочным шагом пара удалялась от места проведения мероприятия. Ночью прошёл сильный снегопад и чистый искрящийся на солнышке снег слепил глаза и против воли поднимал настроение. Припорошенные инеем голые остовы деревьев заиграли новыми красками, а красавицы ели радовали глаз белоснежными одеяниями словно невесты на выданье. Наблюдая вокруг себя эту безмятежную картину, наполненную дыханием зимы, Марина чувствовала, как успокаивается.

— Марин, ты как? Не сильно расстроилась? — первым заговорил Юра после затянувшегося молчания.

— Я не услышал для себя ничего нового и неожиданного. Просто не хотелось слышать подобного в такой день, но у некоторых нет ничего святого. Впрочем, они не единственные, кто говорил об этом сегодня.

— Мне жаль, — тихо проговорил парень.

Марина повернулась и внимательно посмотрела на мужчину, идущего рядом. Серьёзный твердый взгляд карих глаз, хмурое выражение лица и суровая складочка меж бровей. Внезапно возникло непреодолимое желание разгладить эту складочку и не задумываясь о своих действиях, девушка остановилась и подняла руку к лицу Юры, нежно проведя пальчиком по центру лба парня.

— Марина? — едва смог вымолвить Никитин, ошарашенно глядя на девушку.

Но Марина даже не смутилась, не спеша опустила руку, пристально глядя в глаза Юры и на её губах медленно расцвела нежная улыбка, от которой в груди Юрки что-то защемило и стало трудно дышать.

— По-моему ты переживаешь намного больше меня, — сказала она. — Ты слишком добрый и заботливый. Не удивительно, что дядя влюбился в тебя.

— Ты… ты… Откуда ты знаешь? — выпадая из одного шока в другой, спросил, заикаясь, Никитин..

Наблюдая за сменой эмоций на лице Юры, Марина, не сдержавшись, засмеялась.

— Так намного лучше, чем то напряженное выражение, которое ты демонстрировал до этого, — сказала девушка, отступая чуть в сторону от парня и создавая между ними дистанцию. — Кстати, не ожидала, что ты был в курсе истинных чувств Кости к тебе. Думала ты будешь сильнее ошарашен.

— Ну, ты… Но откуда ты знаешь? — чуть не ругнулся Юрка, но вовремя себя одёрнул.

Марина всё еще посмеиваясь, ответила:

— Я всю свою жизнь знала дядю и была одной из немногих перед кем Костя не пытался притворяться крутым циничным мужчиной, а был просто хорошим добрым заботливым дядюшкой и другом. Иногда мы обсуждали и дела сердешные, если кому-то из нас очень хотелось выговориться или совет получить. Хотя о своих чувствах к тебе дядя не говорил мне прямым текстом, но это было и так ясно. О тебе он рассказывал слишком часто и много с нескрываемыми нотками восхищения в голосе. Так говорят только о любимом человеке. А как ты узнал? Неужели он успел тебе признаться? Письмо! — не дав Юре ответить, неожиданно воскликнула Марина. — Он признался тебе в прощальном письме, так?

— Да, — не стал скрывать Никитин, — хотя к тому времени я уже знал об этом.

— О! Неужели догадался? Хм, признаться, ты не показался мне чувствительным к такого рода эмоциям человеком, — в лёгкой задумчивости проговорила Паршина.

— Ну, спасибо. И ты туда же, — с нотками раздражения в голосе сказал Юрка. — Такое чувство, что все считают меня каким-то бесчувственным чурбаном.

— Я не считаю тебя бесчувственным, — ответила Марина, когда они не спеша продолжили прерванный путь дальше. — Из того, что я успела о тебе узнать, в том числе от дяди, мне кажется, что ты не силен в романтических отношениях.