— Продолжай, — скандировала я. — Продолжай.

Он продолжил. Он не останавливался, пока я не увидела фейерверк в глазах. Когда я

снова открыла глаза, он уже поднимал меня. Я обхватила его за шею руками и вздохнула, уткнувшись ему в грудь.

— Почему ты всегда так делаешь? — спросила я тихо.

— Что делаю?

— Говоришь о таких вещах, когда ты... ну, ты знаешь.

Я посмотрела на его лицо. Его шаги замедлились. Он остановился, когда мы подошли к

порогу его комнаты, и посмотрел на меня. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но закрыл

его, покачав головой.

— Скажи мне, — я провела рукой по его волосам.

— С тех пор, как мы вместе, у меня было ужасное чувство, что я растрачиваю твое

время, — сказал он с грустью в словах. — В моей жизни нет ничего. Ничего хорошего.

Он вывалил свои слова и подошел к кровати, бросив меня на нее, когда стянул свои

ботинки. Я села на кровати, чтобы быть на одном уровне с ним, он посмотрел на меня, и я

схватила его за запястья, когда он снял ремень, и потянула к себе.

— Ты говоришь это в течение тех двух лет, что мы вместе, — сказала я.

Он медленно кивнул, все еще выглядя неубежденным.

— Ты прекрасный человек. Ты ведь знаешь это? — спросила я, осматривая его лицо. —

Ты забавный, добрый, чертовски талантливый и такой привлекательный, что иногда на тебя

больно смотреть, — сказала я, заставив его рассмеяться и закатить глаза. Я улыбнулась.

— Ты намного больше, Мия. Гораздо больше, — сказал он, переплетая наши пальцы.

— Когда я с тобой.

— Я скоро уезжаю, — сказал он, глядя на наши соединенные руки.

— Временно, — напомнила я ему.

— Это длительный период.

— Ты любишь меня, Дженсен? — спросила я.

Его глаза снова встретились с моими.

— Больше всего на свете.

— Тогда мы будем в порядке.

Прежде чем он успел углубиться в свои страхи, я оттолкнула его, спрыгнула с кровати и

начала снимать с него одежду.

Эти выходные были одним из моих любимых воспоминаний о нас.

Глава 5

Настоящее

Я резко вернулась к настоящему моменту, когда он припарковал мотоцикл и протянул

руки, чтобы я отдала ему шлем.

— Я просто думала о том дне, когда ты подарил мне это, — сказала я, улыбаясь.

Его губы дернулись.

— До или после того, как я заставил тебя плакать своим членом?

Я ударила его по груди.

— Ты не заставил меня плакать своим членом, — пробормотал я. — Это была

эмоциональная ночь.

Что-то в его взгляде изменилось, но он взял мою руку и повел через улицу, чтобы

зарегистрироваться в отеле, прежде чем я успела это осознать. Как только дверь нашего

номера закрылась за нами, я сняла рубашку и бюстгальтер, чтобы переодеться в купальник. Я

завязывала его, когда почувствовала большие руки Дженсена на спине и неудержимо

задрожала. Он завязал его и оставил поцелуй на моем голом плече, но прежде чем я смогла

его поблагодарить, он развернулся и направился в ванную.

На пляже мы сидели в тишине, я фотографировала воду, солнце, некоторых серферов

вдалеке, в то время как Дженсен рисовал рядом со мной, используя уголь. Я повернулась

всем телом, чтобы сфотографировать его, после того, как я сделала снимок, решила его

рассмотреть. Я бы никогда не призналась ему, но он был моим любимым объектом для

фотографирования. Его бейсболка, с надписью «Доджерс», была надета задом наперед, а

волосы убраны с глаз. Он прищурился и сосредоточенно прикусил губу, пока рисовал. Мое

сердцебиение ускорилось, просто от взгляда на фотографию. Я подпрыгнула от

неожиданности, когда его рука обернулась вокруг моего плеча, я опустила камеру, чтобы

посмотреть на него. В его глазах было море смятения. Я была уверена, что независимо от

того, через сколько вещей я прошла, выражение его глаз было самым сильным, что могло

опечалить меня.

— Ты собираешься сказать мне, что случилось? — прошептала я, закрыв глаза, когда

его дыхание охватило мое лицо. Он пах мятной жвачкой.