– Как же вы меня нашли?

– Это было нетрудно. Я сделал несколько телефонных звонков. Ваша бывшая начальница дала мне ваш адрес.

– Тельма рассказала вам, где меня найти? – резко спросила Фила.

– Да.

– Что вы с ней сделали, чтобы выудить мой адрес?

– Ничего я с ней не делал. Просто побеседовал.

– Ну, конечно. Уж слишком легко, на мой взгляд, вы об этом говорите.

– Это на ваш взгляд.

– Вы привыкли, что люди отвечают на вопросы, когда вы их задаете, не так ли?

– Почему бы ей не захотеть проявить солидарность? – задал он вопрос с легким выражением удивления.

– Я просила ее никому не давать моего адреса.

– Она говорила что-то по поводу того, будто вы хотите улизнуть от корреспондентов, но когда обнаружила, что меня не интересует интервью, разговорилась.

– Вы хотите сказать, что оказали на нее давление и она уступила. – Фила вздохнула. – Вы действительно ведете себя как гора мышц. Бедная Тельма. Она пытаемся, но ей не особенно удается сопротивляться давлению. Она слишком долго была чиновником.

– У вас, насколько я понимаю, это получается лучше? – Ник скептически поднял брови.

– Я профессионал. И я сэкономлю вам массу времени тем, что дам понять следующее: ничто сказанное вами не убедит меня изменить свое мнение. Я не собираюсь продавать акции компании «Каслтон и Лайтфут», которые оставила мне Крисси. По крайней мере пока не собираюсь. У меня есть кое-какие серьезные намерения по поводу этих акций. Возможно, я задам вам вопросы, на которые хотела бы получить ответ.

Ник кивнул, но без раздражения или удивления. У него был невероятно терпеливый вид. – Какие у вас вопросы, Фила? Она помедлила. По правде говоря, у нее не было никаких вопросов. Пока не было. В последнее время женщина все еще не могла достаточно ясно думать, пытаясь выйти из состояния шока, который пережила.

Сначала суд, тянувшийся несколько недель, а потом неожиданная смерть Крисси. Филе казалось, что суд она бы еще пережила. Но сообщение о смерти Крисси переполнило чашу.

…Красивая, храбрая, яркая Крисси со своей калифорнийской внешностью клялась получить все, что ей причитается. Ночь, когда была принесена эта клятва, ясно и четко всплыла сейчас у Филы в голове. Тогда она впервые приняла алкоголя больше чем глоток.

Крисси, выглядевшая и свои пятнадцать лет на полноценные двадцать один, уговорила продавца круглосуточного магазинчика продать девочкам-подросткам дешевого вина. Крисси могла бы уговорить любого мужчину сделать все, что угодно. Это было одним из ее правил по выживанию.

Они с Филой отправились в небольшой городской парк неподалеку от реки и за женскими туалетами выпили запретную бутылочку. Затем Крисси высказала свои планы на будущее.

«Есть люди, которые передо мной в долгу, Фила. Я собираюсь их найти и заставить отдать то, что мне причитается. Не волнуйся. Когда я это сделаю, у тебя будет своя доля. Мы ведь с тобой как сестры, правда? Мы семья, а семья должна держаться вместе».

Крисси тяжело досталось познание правды собственных слов. Она нашла людей, которые были ей должны, а когда попыталась заставить их принять ее, обнаружила истинное значение того, как семья держится вместе. Они дружно возвели каменную стену против нее и ее притязаний на родство…

– Я не уверена, что уже готова задавать свои вопросы, – призналась Фила Нику. – Наверное, я подумаю и задам их на ежегодном собрании акционеров «Каслтон и Лайтфут»в августе.

– Все акционеры «Каслтон и Лайтфут»– члены одной семьи.

– Уже нет. – Фила улыбнулась, улыбнулась впервые за много недель. Казалось, Нику это понравилось.

– Собираетесь Доставить неприятности?

– Пока не знаю. Возможно. Крисси бы это сделала. Вы так не считаете? Ей нравилось разжигать ссоры. Это был ее способ мстить миру. Устроив некоторые неприятности от ее лица, я бы должным образом почтила память Крисси.

– Почему Мастерс была так важна для вас? – поинтересовался Ник. – Вас связывало родство?

– Не по крови и не по браку, хотя это, наверное, единственный вид отношений, который был бы вам понятен.

– Я еще понимаю дружбу. Крисси была вашей подругой?

– Гораздо больше, чем просто подруга. Она была почти как сестра.

Лайтфут хранил вежливо озадаченный вид.

– Я никогда с ней не встречался, но многое слышал. Из этой информации, однако, не следует, что у вас с ней было много общего.

– Что только лишний раз доказывает, как мало вы знаете о Крисси и обо мне.

– Я бы хотел знать больше. Фила подумала над его словами, и ей не понравилось направление, в котором работал ее мозг.

– Вы отличаетесь от тех двух, которые мне звонили.

– Чем же?

– Вы умнее. Опаснее. Думаете, прежде чем выбираете тактику. – Женщина произносила слова осторожно, потому что говорила ему правду. Она привыкла полагаться на свои инстинкты, когда речь шла о людях, и редко ошибалась. Это качество было основой ее способности к выживанию. Такой способностью отличалась и Крисси. Однако Фила не родилась с внешностью Крисси, поэтому эти способности приняли другой ракурс.