Все, кроме того, что Дилан — не Джереми. Именно о таком вечере она мечтала, когда шла ужинать с Джереми. Но тот вечер обернулся сокрушительным провалом.

Как же мог Дилан, совершенно чужой ей человек, так тонко уловить ее желания?

Просто у него большой опыт, ответила себе Оливия. Ей тут же вспомнилась рыжеволосая, завернутая в полотенце. И блондинка в ресторане. Да уж, Дилан знает, как ублажать женщин. Во всех отношениях. Как бы ей хотелось, чтобы на месте Дилана оказался Джереми! Чтобы ее чувства: смущение, одиночество, тоска — относились бы к нему. Она откинула покрывало и прошла на кухню. Поставила чайник. И тут же увидела розы Дилана, ждущие ее в раковине. Оливия застонала. Выбросить их? Но они так красивы…

В ожидании, пока закипит чайник, Оливия подрезала стебли и поставила розы в вазу.

Оливия приняла душ и оделась в джинсы и рубашку. Она уже доедала завтрак, когда постучалась Саша.

— Здравствуй, моя дорогая. Я просто хотела сказать, что решила все же установить аварийные кнопки. Сегодня днем будет звонить мастер. Мне кажется, женщинам, живущим в одиночестве, меры предосторожности совершенно необходимы.

— Саша, пожалуйста, не тратьте на меня лишних денег. Я абсолютно спокойна за себя, — смутилась Оливия. К тому же она здесь долго не пробудет. Или переедет вскоре в новую квартиру с Джереми, или вернется в Бристоль, зализывать раны.

— Это не более чем предосторожность. Я уверена, они нам никогда не понадобятся. — Сашин взгляд остановился на вазе с розами. — Дорогая! Какая красота. Розовые розы. — Она радостно поглядела на Оливию. — У тебя появился поклонник?

— Господи, нет! — поспешила возразить Оливия. — Это всего лишь знак благодарности. Я… я сделала кое-кому одолжение.

— Первые цветы, которые я получила от своего возлюбленного, — именно розовые розы, мечтательно произнесла Саша. Ее светлые глаза наполнились слезами. — Он сказал, что красные цветы — символ страсти, но розовые означают настоящую любовь, которая будет длиться вечно. Так и было, — добавила она со вздохом.

Когда Саша ушла, Оливия снова задумалась, кто же этот ее загадочный «возлюбленный»? Надо бы спросить у Дилана… И тут же одернула себя. О чем это она? Ведь решено: больше никаких приватных бесед. Ни при каких обстоятельствах.

Постепенно до нее начало доходить, сколько информации вчера выкачал из нее Дилан. Словно досье составлял. Но не стоит предаваться тоске. Сегодня — замечательный день, и она пойдет гулять. Пожалуй, стоит начать экскурсию с поездки на десятичасовом автобусе. Может быть, это поможет немного развеяться. И решить, что же делать дальше с жизнью вообще и работой в частности.

Оливия без сожалений оставила дома мобильный телефон. Со всеми сообщениями, если таковые будут, разберемся вечером. А сейчас — только отдых и никаких волнений.

Заняв место на верхнем этаже автобуса, она оказалась в компании пожилых японских туристов, парочки американцев и нескольких австралийцев, буквально обвешанных камерами и фотоаппаратами. И осталась довольна поездкой по знаменитым местам, а затем неторопливой прогулкой по набережной Темзы. По дороге ей попался паб, где подавали горячие бутерброды с говядиной и домашнее красное вино.

Потом она села на автобус до Оксфорд-стрит и замечательно провела пару часов, исследуя многочисленные магазины. В основном, правда, ей приходилось лишь мечтать о том, какие наряды она купит, когда будет хорошо зарабатывать, зато можно было понюхать разнообразные духи и попробовать косметику. В конце концов ее единственной покупкой стал кусок пирога и салат в одном из продуктовых отделов.

Вернувшись домой, на Ленсей-Гарденс, она обнаружила у дверей грузовичок фирмы по установке охранных систем. Поэтому пришлось пока что пойти в сад.

Солнышко ласково пригревало, но в воздухе уже чувствовалась свежесть. Скоро осень время перемен. С нее начинался новый учебный год в школе и в колледже. Через неделю у нее день рождения. В сентябре она встретила Джереми…

Сама не зная как, она побрела по тропинкам, которыми вел ее Хамф, и вскоре оказалась на поляне с солнечными часами. Присела на скамейку. Сегодня в саду было необычайно тихо. Впрочем, неудивительно. Ведь люди на работе. Да и ей следовало быть там же, напомнила себе Оливия, почувствовав укол совести.

Она так и не пришла к твердому решению, стоит ли ей работать в «Академи Продакшнс». Здравый смысл говорил, что лучшего предложения она не получит. А вот инстинкты предупреждали об опасности. Пришлось признаться себе, что мысли о Дилане очень ее тревожат. Весь день она вспоминала о нем.

А вот о Джереми не думала совсем. Тогда как он должен был постоянно занимать се мысли.

Наверное, я тихонько схожу с ума, сказала себе Оливия, хмуро глядя на часы. Интересно, что же все-таки наговорил ему Дилан? И как все исправить?