— …Помогите мне вернуть их доверие, Олег. Сдавайтесь, пока не поздно.

Наконец, они добрались до края здания, где Сергей отключил силовое поле, преградившее дорогу к чёрному входу. Когда они уже были внутри в устланном ковром коридоре с обитыми деревом стенами, когда все, кто остался, смотрели друг на друга, словно увидев в первый раз, Олег всё ещё не видел ничего перед собой, и в голове его гремели последние слова президента:

— Не обманывайте доверие, которое оказало Вам человечество. Одумайтесь, Олег. Служите человечеству.

Сергей стоял на месте, но всем телом дрожал, глаза бегали, всё его тело выражало желание двигаться, бежать дальше.

— Классная вечеринка, — тихо сказал он, но все услышали.

Олег непонимающе покосился на него.

— А где остальные? — Ещё никогда голос Игги не звучал так растерянно.

Техник оглянулся и стал ещё мрачнее, чем прежде, только в глазах появилась какая-то неуловимая обида. Сергей молча подошёл к нему и сделал жест рукой. Игги потянулся в карман и дал Сергею бутылку из коричневого стекла.

— Они умерли, как настоящие солдаты, — жёстко сказал Сергей и одним глотком осушил полбутылки.

— Мы отомстим, — сказал Олег и, посмотрев на друга, тоже сделал глоток.

— Ладно, придётся теперь заканчивать самим, — Сергей даже слишком быстро переключился, — самое лёгкое позади, теперь самое интересное. У нас две задачи. Первая: вырубить подавляющее устройство на крыше. Вторая: навести все мосты и открыть ворота, ведущие в кварталы, прилегающие к Цитадели. Тогда мы откроем путь к последнему, решающему наступлению.

— Ну, что солдаты будут защищаться до последнего, это ясно, — сказал Игги, обращаясь к одному только Сергею, — а что нужно, чтобы отключить устройство? Подняться на крышу?

— Нет. Устройство питают три генератора. Они тут, в здании. Отключим их, найдём пульт открытия ворот, и путь свободен!

— Теперь проверим, так ли это легко на практике, — с сомнением сказал Олег, — я так понимаю, придётся действовать вслепую?

— А ты что, ещё хочешь план здания и все коды доступа на блюдечке? — Огрызнулся Игги.

— Не отказался бы, — ответил Олег.

— На месте сориентируемся, — отрезал Сергей, — мне, по крайней мере, известно, что в здании отключены все охранные системы. Всё, пошли!

Просить дважды никого не пришлось. Толкнув двустворчатые тяжёлые дубовые двери, они оказались в небольшом широком коридоре с железной дверью в конце.

— А это ещё что? — Спросил Игги, указывая на тонкие красные лучики, пересекающие коридор у самых дверей.

— Наверное, лазерные растяжки, — пожал плечами Олег, — связка из лазера и фотоприёмника. Если пересечь луч, включатся пулемёты. В «Мамоново» таких было завались.

— Похоже на то, — покачал головой Сергей, — видите, два люка на полу.

— Скверно, — заключил Игги и опёрся на стену.

— Олег, ты в костюме, ты с ними и разбирайся, — сказал Сергей и сделал приглашающий жест, — а я потом займусь дверьми.

— И не поспоришь, — с досадой сказал Олег, подступая к лучам.

После пары секунд раздумий он приказал:

— Так, всем отойти подальше, а ещё лучше за двери. Сергей, у тебя там граната была, давай сюда. Игги, у тебя есть?

Техник молча кинул гранату Олегу. Тот, убедившись, что остальные отошли за двери, сделал глубокий вдох и пересёк лучи. Затрещала звуковая сигнализация, и оба люка начали подниматься. Из-под каждого из них тускло поблёскивал ствол пулемёта. Сетка синих лазерных лучей пронзила коридор. Олег встал прямо за люками и, выждав пару секунд, кинул по гранате под каждый из них, и бросился к дверям. Выстрелить пулемёты не успели, но от этого было не легче — от двойного взрыва заложило уши. Сергей и Игги аж подпрыгнули на месте, когда из-за дверей услышали жуткий грохот и увидели самого героя, выброшенного из коридора снопом дыма и огня.

— Ну, ты даёшь, — поражённо сказал Сергей, помогая другу подняться, — ты точно психопат… Тебя же могло зацепить!

— Разве вортигонты не говорили тебе, что Ахатинов бессмертен? — Хитро покосился на него Олег, почесав в ухе, в котором звенело от взрыва.

— Теперь я понимаю, почему от «Мамоново» осталась одна воронка, — хмыкнул Игги.

— Запрещаю тебе так делать, — полусерьёзно сказал Сергей, проходя в почерневший коридор, — что я потом буду говорить Кречетовой, когда принесу тебя на всю голову контуженного и с часами, вдавленными в руку?

— Кстати, да, странно, что они всё ещё целые…

Сергей занялся дверью, и через секунду она была уже открыта. Тут вся автоматика подчинялась кодам «Госкавалерии», а Сергей был в этой организации, как понял Олег, не последним человеком. Но даже он присвистнул от удивления, когда они вышли в большой парадный холл здания: большой, некогда необыкновенной красоты зал с колоннами и широкие мраморные ступеньки, ведущие в святая святых Нексуса. Сверху нависал большой купол, выщербленный и пробитый в нескольких местах, и через эти огромные дыры было видно серое небо.