Вдруг заросли поредели и закончились: здесь левобережье пересекала высоченная железнодорожная насыпь. Метрах в ста по ней, срываясь и падая, карабкался Каратист.

Алекс прицелился. Рука дрожала, мушка прыгала и не хотела совмещаться с синей фигуркой. Он подхватил рукоятку левой, это помогло не очень сильно, к тому же свалились штаны, но он не обратил на это внимания. Расстояние явно было чересчур большим, но Алекс решил стрелять: для очистки совести и отчета перед Кривулей.

Три выстрела громом разорвали безмятежную тишину и эхом отразились от насыпи. Каратиста они только подхлестнули. Синяя фигурка на четвереньках достигла вершины и скрылась за гребнем. Алекс вздохнул. Он сделал все, что от него требовалось. Точнее – все, что мог. Положив пистолет на землю, он застегнул наконец брюки и двинулся в обратный путь. Вопреки всем виденным фильмам, «ТТ» не хотел держаться за поясом – ни на животе, ни за спиной, норовя провалиться внутрь. В конце концов Алекс зажал его в руке.

Он плохо ориентировался и заплутал среди одинаковых березовых стволов и однотипного кустарника. Раздвинув очередную преграду, он наткнулся на лакированный борт какой-то иномарки. Дверцы были открыты, совершенно голая девушка устраивалась поперек на заднем сиденье, а здоровенный бугай со спущенными до колен брюками нетерпеливо дожидался, когда она примет нужное положение. Он резко развернулся на шум, и, встретившись с ним глазами, Алекс пожалел, что не обошел эту полянку стороной. Но выражение лица у здоровяка тут же изменилось. На нем отчетливо проступил страх.

– Я ничего, брат, я не при делах, – поспешно сказал он и попятился.

И тут в напряженном мозгу Алекса что-то заклинило.

– Что «ничего», паскуда! – подскочив, он неловко ударил бугая ногой по бедру. – Ты что тачку на дороге поставил, людям пройти не даешь?!

– Щас уберу, брат, не волнуйся... Только не волнуйся... Все хорошо... Я стою тихо... В твои дела не лезу, сейчас уезжаю, если что – ментам ничего не говорю...

Мозги стали на место, и Алекс бросился наутек. Только сейчас до него дошло, что пальба в зоне отдыха не могла пройти незамеченной, и сюда, наверное, несутся десятки милицейских машин, все дороги перекрываются, вот-вот начнется прочесывание местности... Его охватила паника.

Но когда он наконец добрался до своей «копейки», Кривуля спокойно стоял на коленях и рассматривал землю.

– Ну что? – как ни в чем не бывало спросил он.

– Не попал, – ответил Алекс. – Надо сваливать отсюда! Вдруг менты налетят!

Кривуля встал.

– Ну и что? Обрез я в воду закинул, тут метров тридцать, хрен найдут. Пушку заверни во что-нибудь и сунь в дупло. Вон, видишь кривой дуб – место приметное. Потом заберем. Только вытри ее на всякий случай... Алекс сделал то, что сказал напарник.

– А чего ты на земле искал?

– Кровь смотрел. Он когда шею зажал, из-под ладони брызгало. Да и чувствовал я, что попал... Мало пороха оставил, вот так и получилось... Может, пробежит в горячке с километр, да копыта отбросит...

– Не похоже.

– Ладно, поедем. Доберемся до телефона, я позвоню. Никуда он не денется!

Кривуля усмехнулся и осмотрел Алекса с ног до головы.

– А ты молодец! Почти все правильно делал. Только с пушкой наборонил, но это с непривычки. Я тебе покажу, как ее носить. Вымойся в озере, да поедем. А то видок у тебя!

Через полчаса они вернулись в город. У первого же телефона-автомата Кривуля приказал остановиться. Оглянувшись и прикрывая собой диск, он набрал номер Координатора. Тот оказался дома. Повезло: некоторые сообщения не стоит передавать через пейджинговый диспетчерский центр.

– Собери всех на Левый берег, за железнодорожную насыпь, район баз отдыха. Там прячется парень, рост метра два, здоровый, в джинсах и синей рубашке. Кличка Каратист. Его легко найти: он ранен в шею. Вариант ноль. Кто сделает, получит штуку баксов.

– Понято, – прилежно ответил Координатор.

Вариант ноль означал ликвидацию. Кривуля вернулся в машину. Они поехали дальше. Никакого оживления милицейских патрулей не наблюдалось.

– А ты боялся, – укоризненно произнес Кривуля. – Сейчас знаешь, сколько шмаляют? Они выедут только тогда, когда уже конкретная заява: убитые, раненые... И уже перед тем, как выйти из машины, спросил:

– Ну и как? Понравилось тебе быть бандитом?

– Да, – не задумываясь, ответил Алекс и не покривил душой.

Он уже окончательно успокоился. Бандитская жизнь оказалась веселой, интересной и почти совсем не страшной.

Имя Колдуна наводило в городе ужас. В газетных статьях о трех загадочных убийствах недостаток информации компенсировался догадками, предположениями, слухами и прямыми выдумками. Появились интервью с анонимными источниками, которые поведали леденящие душу подробности о банде и ее главаре. Людская молва приписала им все наиболее тяжкие и нашумевшие преступления последнего времени, которые остались нераскрытыми. Слоняра бился в истерике и требовал охраны, соваться в больницу с оружием братва не решалась, опасаясь милиции, а без оружия охранять друга отказывалась из страха перед Колдуном. В конце концов раненого «спортсмена» взялся охранять СОБР, который не боялся никого и ничего.