— И эту малявку ты хочешь мне пихнуть в постель на одну ночь? — это первое, что я услышала, когда вошла на кухню.

— Почему же малявка? — спросил мой отец, потянувшись за бутылкой алкоголя, чтобы плеснуть себе немного в стакан. — Ей уже есть восемнадцать.

— Да? — незнакомый мужчина посмотрел на меня, застывшую на пороге кухни и едва заметно ухмыльнулся. Жалящий взгляд его черных глаз заставил меня затаить дыхание. — Ну что же, я честно у тебя выиграл партию в покер и дочурку свою ты мне сам предложил. Надеюсь, она достойна того, чтобы стать моим призом на эту ночь.

У меня чуть пол из-под ног не ушел. Я посмотрела на папу в надежде отыскать в выражении его лица хоть каплю насмешки, но ее не было. Во рту пересохло, и я одним плечом привалилась к дверному косяку, чтобы не упасть.

— Ты глянь на нее, — хохотнул незнакомец, изучая меня пристальным взглядом с ног до головы. — Побледнела вся, смотри еще чуть-чуть и в обморок упадет. Что-то она у тебя слабенькая, Андрей.

— Да нормальная она, — махнул рукой отец и залпом осушил свой стакан.

— Думаешь? — мужчина встал со своего места и плавно, будто хищник двинулся в мою сторону.

Я хотела отступить назад, но мои коленки вдруг сильно задрожали, отчего ноги просто перестали слушаться. Незнакомец явно заметил эту дурацкую заминку с моей стороны и нахально ухмыльнулся, будто наслаждаясь моим положением.

Подойдя ко мне практически вплотную, незнакомец коснулся моих распущенных волос, а затем провел костяшками своих пальцев вдоль моего горла. Я тихо сглотнула и отвела взгляд в сторону. След от чужого прикосновения, словно бы запылал огнем, и я невольно содрогнулась. Неприятно.

— Андрей, она и вправду малявка, едва достает макушкой мне до груди. Мне проблем с несовершеннолетними не нужно, — мужчина обернулся к моему папе.

— Габриель, да прекращай же ты уже, наконец! Не веришь мне что ли?! Я ж тебе русским языком говорю, что Полине уже есть восемнадцать, — отец икнул и снова потянулся за бутылкой. Сейчас в этом человеке было трудно узнать того далекого и успешного бизнесмена, каким он когда-то являлся.

— Значит ты у нас Полина? — мужчина вновь посмотрел на меня. — Кажется, это означает «солнечная»? Но, похоже, сейчас наше солнышко скрылось за тучами? — человек провел большим пальцем по моей щеке. Мне хотелось отстраниться от чужих прикосновений, но меня будто бы сковал страх, и я даже не могла пошевелиться.

— Габриель, ну так что? — нетерпеливо спросил отец.

Почему этого мужчину зовут таким экзотическим именем? Впервые вообще его слышу.

— По рукам, я беру ее на эту ночь.

У меня чуть сердечный приступ не случился от таких слов. Что здесь вообще происходит? И почему мною распоряжаются как вещью? Где-то, в самой глубине моей души начинал вскипать гнев, но я не могла выплеснуть его наружу, боялась, что мне тут же причинят вред. Трусиха!

Я посмотрела на отца — он был пьян сильней, чем обычно. Дождаться или добиться от него внятных объяснений мне сегодня явно не удастся. Да что же это такое в самом-то деле?!

— Идем, малявка, — Габриель больно схватил меня за предплечье и потащил за собой в коридор.

Мои ноги запутались, и я чуть не упала, но мужчина вовремя поддержал меня. На глазах навернулись слезы, и я всхлипнула, сильно прикусив губу. Всё происходило настолько быстро, что голова просто шла кругом. Это должно быть сон! Просто дурацкий сон!

Я зажмурилась, но когда открыла глаза, то всё так же перед собой наблюдала широкую спину Габриеля, скрытую за тканью темного пиджака. Осознание того, что собственный отец проиграл меня в карты, пришло не сразу. Но когда я стала это понимать, мне стало плохо.

— Только давай обойдемся без лишних соплей, хорошо? — спросил меня мужчина, быстро обуваясь.

Я тут же замолчала, мысленно оценивая размеры Габриеля. Захочет ударить, то непременно проломит мне своим кулаком череп. В голову лезли страшные картинки, отчего паника внутри меня лишь усиливалась.

Открыв входную дверь, мужчина потащил меня за собой, не дав возможности переобуться. Мы зашли в лифт, я вжалась в самый дальний угол, борясь с подступающими слезами. Габриель рассматривал меня, я это кожей чувствовала. Мне стало не по себе. Мозг продолжал противиться реальности, хоть это было и глупо.

В небольшой кабине лифта воздух тут же заполнился терпким ароматом мужского одеколона. Я старалась часто не дышать, чтобы этот запах не проник в меня. Не хотелось, чтобы этот Габриель так быстро овладел моим телом, даже если речь идет об обычном одеколоне.

— Боишься? — вдруг спросил мужчина, наклонившись ко мне.

— Д-да, — заикаясь, ответила в надежде, что возможно меня сейчас пожалеют и отпустят.

— То ли еще будет, малявка, — Габриель ухватил меня за подбородок с такой силой, что мне стало очень больно и впился своими губами в мои. — Вкусная, — хрипло произнес, отстранившись.