Мило. И мне даже стыдно стало. Такая забота и романтика. Но потом я вспомнила что он отказался от ужина в нормальном месте и меня отпустило.

— Что за лес вообще? Страшновато тут. — безлюдно и случись чего никто не поможет хотя и так никто не поможет, но толпа хоть какое-то успокоение даёт от мнимой безопасности.

— Тут парк хотели делать лет пять, что ли, назад, но что-то пошло не так. Финансов мало выделили и всё как-то загнулось так и не успев начаться. — с грустью подытожила Костя.

— Как не успело? На лавочку же хватило. — хохотнула я.

— Ага! Лавку я купил. Моя лавка! — гордо заявил Константин, хлопнув по хорошему дереву.

— Зачем?! — удивилась со смехом.

— Чтоб было, где мозги проветрить. — сказано было надменно и он, прикрыв глаза, покачал головой, с налётом «глупая ты женщина, ничего не понимаешь».

— А-а-а. Так мы тут мозги проветриваем? А парки нормальные тебя чем не устраивают? — я, конечно, нудила, но это было любя.

В принципе мне всё нравилось. Очень. Необычно.

— Не только, ещё у нас ужин. А в парках слишком людно. — Костя закинул кусок курицы в рот и потянулся довольный, закидывая руки за голову и вытягивая ноги.

В общем, всем своим видом показывая, как ему хорошо.

— Картонки не хватает. — серьёзно заметила я.

— В смысле? — он напрягся.

— Получились бы настоящие бомжи. Ночь! Лавка! Уличная хавка! И коробка! Ё-у! — зачитала что-то вроде репа с характерными движениями рук и максимально серьёзным лицом, на финале затолкала в рот кусок курицы заткнув рвущийся наружу смех.

Пауза серьёзного выражения лица тут как бы ключевая.

— Это, вообще, реально? — строго спросил мой директор.

— Что? — неудачно хлебнула кофе в этот момент, закашлялась.

Решила же, что он мне предложит побыть бомжами. Может фетиш у него такой.

— Покой рядом с тобой реально иметь? Или ты на всю жизнь такая? — брови его чуть сошлись, какой-то он стал не строгий, а грустный, что ли.

— Скушай курочку, а то ты какой-то злой, когда голодный. — указала ему на контейнер.

— Давай. — Костя отклячил челюсть. — я пискнула, едва сдерживая смех.

— Ты вилки не взял, тут нет вилки? — заглянула в контейнеры потирая руки, но нет, мы же едим как настоящие бомжи.

— Нет. И что? — поджал недовольно губы, сел тут же боком, закинув ногу на ногу, и одну руку вытянул по спинке лавочки.

Нагловатенький он такой.

— Сам тогда ешь, я боюсь тебя кормить ты мне пальцы откусишь. Ку… — неожиданно икнула и договорила после вдоха, — …сучий, ты. — эта случайность вышла сама собой.

Посмеялись и замолчали. Я жевала хоть и вкусный, но фастфуд, вглядываясь в тёмную лесополосу в попытке рассмотреть хоть что-то, чувствуя на своём профиле изучающий взгляд Константина. В этот момент как в фильме ужасов из темноты вырулил самый настоящий гоп — стоп. Я и подумать не успела, что сейчас будет. Всё как-то молниеносно случилось.

Понимание херовости ситуации и план её разрешения.

— Серый смотри какая сладкая парочка. — прохрипел один бугай, и характерно для отбитого сплюнул в сторону.

— Вижу. На ловца и зверь бежит. Ещё и на колёсах. Живём сегодня! — урод хлопнул в кривые ладони и оскалился, демонстрируя в свете фар пеньки от своих давно почивших зубов.

Я в ступоре даже не смогла повернуть головы и взглянуть на Скоробогатова, но боковым зрением не уловила от него ни единого движения. Он так и сидел вполне себе удобно и не рвался в бой. Да и какой ему бой?! Не особо он мачо. Эти двое разложат его за минутку. Пожалела я, кстати, что пили кофе, а не пиво. Бутылка как орудие самообороны получше чем бумажный стаканчик.

— Ну наконец-то! — загорланил Костя, я от неожиданности вздрогнула, бугаи потупили взгляды, — Чёт вы задержались. Я уж думал одному отдуваться придётся. А Люська, — кивнул в мою сторону, — Она у меня такая! Ух! До смерти затрахает! А где третий? Договаривались же что вас трое будет. Вы, — Костя, вместо слов жестом изобразил и это было его единственное телодвижение, направленное в сторону двух беспредельщиков, — трахаете её разом, я смотрю. Где третьего то потеряли? А чё рожи такие унылые? — лениво так, словно на планёрке сидим и никто тут не планирует насилие и грабёж, а я подхватила, ибо выбора нет.