Вот обормотка Манька! Ввела в заблуждение относительно отсутствия каких-либо следственных процедур. Хотя о чем я? Издавна известна истина про вранье очевидцев.

— Сам подумай, — нравоучительно продолжил Джоре, — Если бы можно было невозбранно убивать всех и вся, как и не существовало Кланового Закона, — последние слова он произнес так, что становилось понятно, они все с большой буквы, — То чем мы бы отличались от дикарей? И какой бы тут беспредел творился? Да, у нас все очень жестко и порой жестоко, но правила игры установлены четко. Прописаны. В основном клановые, но нерушимые для всех — это уже деятельность ЦК.

— А что такое ЦК? — тут же задал вопрос, думая о том, что в первую очередь необходимо не просто мельком ознакомиться с правилами игры.

А сделать их своей Библией. Ведь зачастую Там, то есть в своем мире, мы в идиотской надежде на защиту государства, каких-то могучих справедливых сил, порядочность финансовых структур часто подмахивали документы, не читая, а выучить их назубок. Права и обязанности изучить настолько хорошо, чтобы никаких лишних вопросов не возникало.

С другой стороны, все упиралось в главный ресурс — время.

Мне в первые сутки раздыха не дают. Такое ощущение, что прошел месяц, а я еще со своей будущей основной работой не познакомился, как и с местом.

— Не забивай голову всякой ерундой, которая тебе пока не понадобится, — Джоре явно не хотел говорить на эту тему, — Захочешь, когда подключишься к Магонету, сам все прочитаешь. Тайны никакой. А сейчас думай о рейде. И плотно поешь. Добираться на дилижансах до первой локи будем часа полтора. Поэтому, только жратва, только хардкор!

И опять, внутренний голос насмешливо опротестовал вроде бы неплохую истину. Ключевое слово здесь «пока не понадобится», а когда вдруг этот миг настанет, будешь ли ты к нему готов? Я всегда относился к той категории граждан, которая считала, пусть лучше ружье простоит всю жизнь в сейфе или топор в углу и никогда не понадобится, но если придет час Х, чтобы оно было, нежели отсутствовало.

Я изобразил видимость, что полностью согласен с наставником, а вопрос про ЦК это всего лишь праздный интерес, разбавить беседой возникшую паузу. Заметку же себе сделал.

Опять все мысли заняли гастрономические картины. Наконец-то нормально поем! Даже облизнулся от предвкушения, а живот, я готов был поклясться, что именно одобрительно заурчал. А не как раньше, то матом крыл, то требовал.

Прошли по длинному коридору этажа, поднялись по лестнице, здесь свернули направо и снова преодолели несколько десятков метров уже до центральной широкой лестницы, чьи ступени убегали, как вверх, так и вниз. Рядом с ней располагались огромные двустворчатые двери со светящейся надписью над ними «Выход».

Одновременно толкнули створки и оказались в просторном помещении вестибюля. Оно было отдано на откуп, наверное, «харчевне» или «трактиру». Не знаю, как правильно назвать это заведение общепита, учитывая, что находился я на постоялом дворе, а не в гостинице с привычными «кафе», «ресторанами» и «барами».

Если провести мысленно прямую линию от нашего текущего местоположения и до еще одних ворот, по-другому, как я отмечал еще снаружи, подобное сооружение называть было мелко. Да и не отражало их сути. За разглядыванием обстановки, даже сбился с мысли. Так вот, именно эта черта и служила эдакой разделительной полосой между чистыми агнцами и вдыхающими дьявольскую отраву.

Обстановка выполнена в средневековом стиле, к которому начал уже привыкать и он не бросался в глаза эдакой экзотикой, даже слева раздача из камня не повергла в околокультурный экстаз, кассы не имелось, впрочем, ее необходимость стремилась к нулю.

Здесь же у стены стояла огромная и высокая, пусть не в потолок витрина. Три длинных широких деревянных стола. По обе стороны скамьи. С десяток круглых столиков на четверых из такого же материала. Огромные светильники, свешивающиеся на массивных железных цепях. Служили скорее для антуража, чем выполняли действительно возложенную на них предками функцию. Все вокруг словно дышало стариной, казалось, любой предмет здесь свидетель не просто смены поколений, но и эпох.

«Зона для некурящих», — рассказало всплывшее сообщение перед глазами. Здесь сейчас обедало восемь человек. Трое оказались из нашей общей группы.

Впереди слева у стены гигантский камин. Для любящих подымить интерьер был идентичный, с одним отличием вместо раздачи барная стойка.

На «правильной» стороне находилось около пятнадцати едоков — двадцати едоков. И минимум четверть опять наши. Негусто с населением. Или я чего-то не знал. Отметил четверых поступивших вместе с нами уголовников, один из которых отведал Плети. Те сейчас пили горькую, курили и закусывали все бутербродами, не забывали и о супе. Ничему не учились. Впереди рейд, терпимость кураторов к выходкам отсутствовала, как класс. Пьяному же «закосячить», как два пальца об асфальт, впрочем, не мои это пальцы, люди все вокруг взрослые.

Нашелся здесь и отчего-то злобный Бара-Бек. Как говорилось, на ловца и зверь бежал. Но в первую очередь — пожрать. Надо, сам подойдет. И так сдерживался, чтобы не броситься бегом к раздаче, как потерпевший кораблекрушение на необитаемом острове к морю при виде парусов на горизонте.

Джоре хлопнул меня по плечу и направился в сторону любителей дыма. Я мельком отметил, как он опустился на место во главе стола и жестом подозвал официантку. Боярин, мать его, почти из анимэ.

Всю прелесть магоинтерфейса и подключения к местной сети, я ощутил, когда начал выбирать еду. Над каждым блюдом, стоило присмотреться, возникало название, цена, вес порции, калорийность.