– Но почему? – прошептала девушка, непонимающе глядя на отца, блестящими, от подступивших к ним слез, глазами.

– Сейчас не время для свадьбы. Не время пировать. Время – оттеснить врага, – отозвался усталым, полным ответственности, голосом Фредек.

– Враги будут всегда, – с жаром отозвалась Леа, не сводя с отца пылающих глаз.

– Ты права, дочь. Все именно так, однако, что-то останавливает меня от того, чтобы я сейчас дал согласие на ваш брак, – мужчина задумчивым взглядом посмотрел в окно, размышляя.

– Почему ты сомневаешься во мне? – удивилась девушка, мягко хватаясь за плечо отца. – Ведь мне уже семнадцать, папа. И Эрно… Я еще никогда не испытывала таких чувств.

– Ты молода, Леа, – грустно улыбнулся Фредек, обнимая дочь и прижимая ее к груди.

Девушка запрокинула голову, глядя на столь дорогое и родное сердцу лицо отца.

– Но разве это плохо, что я молода, отец? И я… так давно хотела быть с Эрно – я думала о нем последние четыре года.

– Я вынужден сказать – нет, – твердо произнес Фредек.

Леа отстранилась от него, окидывая отца грустным взглядом.

– Папа! Пожалуйста! – попросила она.

– Нет, – не сводя с дочери строгого взгляда, ответил мужчина.

– За что ты со мной так? – Леа силилась не расплакаться, однако слезы уже, не слушая ее, потекли тонкими дорожками по нежным щекам девушки.

– Я люблю тебя и хочу сберечь, – Фредек говорил в этот раз мягко, не желая причинить боль дочери, но он опоздал – его предыдущие слова уже успели ранить ее.

– И поэтому ты решил запереть меня от всего мира и оставить подле себя? – тихо, потрясенно, вопросила Леа, пятясь назад. Лишь упершись спиной в дубовую дверь, девушка остановилась. Широко распахнутыми глазами она смотрела на отца.

Ее слова задели Фредека – он мотнул головой, затем тяжело вздохнул, и только после ответил:

– В тебе говорит ребенок, ты не понимаешь, чем я руководствуюсь. Повторяю – сейчас не время для свадьбы. Ступай.

Леа порывисто отвернулась и почти выбежала из комнаты. Невыплаканная горечь душила ее, не позволяя дышать и мыслить. Девушка не стала возвращаться в свои покои, вместо этого она направилась во внутренний яблоневый сад – тот как раз зацвел, и все вокруг благоухало ароматом его цветков. Леа сбавила ход, и теперь уже медленно побрела меж деревьев, размышляя над своей участью. Она была всегда послушной дочерью, внимавшей каждому слову своего героя-отца. Леа не приносила Фредеку никаких проблем – не считая болезни в детстве, от которой чуть та не умерла. И это была единственная, ощутимая причина, заставившая тогда Фредека понервничать. Остальные годы Леа являлась образцовой дочерью – и в тайне ото всех девушка надеялась, что за свое прилежное поведение будет вознаграждена счастливым замужеством.

Но сегодня.

Сегодня отец, самый родной и близкий человек, собственноручно разбил ее мечты на мелкие осколки.

И это было действительно больно.

– Леа, – знакомый, мужской голос окликнул девушку, и та резко обернулась, встречаясь взглядом с золотисто-карими глазами Эрно. Тот стоял на расстоянии в нескольких шагах от нее, и Леа несмело направилась к нему.

– Эрно, мой отец, – сдавленным голосом произнесла девушка, оказываясь в объятиях молодого мужчины и поднимая на него заплаканные глаза.

– Я знаю, милая Леа, – Эрно провел ладонью по светлым волосам красавицы, любуясь ее, пусть и печальным, но по-прежнему красивым лицом.

– Я не могу поверить, что он отказал, – всхлипнула девушка, часто-часто моргая, дабы снова не обрушить поток слез.

– Не плачь, – отозвался молодой мужчина, – все это – временно. Фредек отказал лишь потому, что нам предстоит сразиться с призраками. Сейчас действительно не время для свадьбы. Когда они будут уничтожены, я уверен – твой отец даст согласие.

Молодой мужчина говорил спокойно, и слова его – полные уверенности, отогнали от сердца девушки грусть. Она подняла на Эрно лучистые глаза.

– Пусть будет так. Я желаю вам уничтожить врагов, каждого из этих призраков. А затем мы сыграем свадьбу.

– Да будет так, – улыбнулся Эрно, одаривая Лею нежным поцелуем.

Войско из десяти сотен вооруженных до зубов воинов так и не добралось до замка правителя западных земель. Направленные на подмогу Фредеку, они попали в засаду в Темном лесу – том самом лесу, граничившему с севера с территорией, принадлежащей правителю. Эта весть, подобно темной туче, омрачила жителей замка, нависая над ними, предостерегая и одновременно обещая страшное будущее.

Хоть Лею и оберегали от подобных, жутких новостей, она все же узнала – благодаря болтливости прислуги. Те как раз помогали девушке нарядиться к завтраку, когда одна из служанок, с тревогой глядя в широко распахнутое окно, откуда виднелось зеленеющее поле, а за ним – верхушки вечнозеленых деревьев, произнесла сокрушенным голосом:

– Не знаю, как долго сохранится наш мир.

– О чем это ты? – чуть нахмурив брови, спросила Леа, позволяя другой служанке повязать на талию широкий пояс из круглых, золотистых пластин. В их роду пояс был показателем, и мог рассказать многое о своей хозяйке – например, еще незамужние девушки носили пояса только определенной формы, которые можно было украшать лишь некоторыми видами камней. Становясь замужней, женщина имела право на более широкий выбор украшения – и чем замысловатее и дороже был пояс, тем больше это подчеркивало высокий статус мужа. В своих мечтах Лея видела себя с шикарным поясом – да, да, именно такой подарит ей ее Эрно.