— Неужели никто не пытался надавать им по рукам?

— Почему не пытался? Пытались, целое соединение флота отправляли с целью найти и уничтожить базу. В общем наши военные капитально обделались от возможностей недобитых нацистов, демонстрации лучевого и психотронного оружия хватило, чтобы развернуть корабли и убраться домой. Тем не менее, охоту за тарелками не прекращали ни на день. Это была задача номер один, мы хотели понять принципы работы антигравитационных двигателей, маскировочной системы, лучевого оружия.

— Думаю, никто так ничего и не понял, — протянул Кирилл. — Упомянутых тобой технологий даже в XXI веке не появилось.

— Потому что понимание принципов их работы лежит не совсем в научной плоскости.

— Интересная у тебя работа была, Квинлан.

— Черт бы ее побрал, — американец осушил залпом третий по счету кубок. — Надо было идти служить в морскую пехоту, а не в ВВС.

— Пилот?

— В войну летал на B-29, потом получил повышение, переехал на штабную должность, заниматься вопросами испытаний новых моделей летательных аппаратов. Там то меня завербовали охотиться за «лунатиками», однако только ими дело не ограничивалось. Мы разыскивали ведьм, экстрасенсов, проверяли сообщения о появлениях неопознанных существ, аномальных явлениях. Представь себе, майор Военно-воздушных сил США, ветеран войны, имеющий несколько боевых наград, лазает по болотам Флориды с несколькими похожими неудачниками в поисках человека-ящера.

— Не могли кого-то другого послать?

— Деятельность организации проходила под грифом «совершенно секретно», руководство не хотело чересчур раздувать штат. Во-первых, чем больше людей, тем выше вероятность утечек, во-вторых, бюджет не резиновый. В Конгрессе какой-нибудь дотошный бюрократ обязательно заметил бы утекающие непонятно куда средства. Лишнее внимание ни к чему.

— Занятно у вас получалось, одна рука не знает, чем занимается другая.

— Общественность нас бы не поняла, могла начаться тотальная паника, переходящая в хаос и крушение существовавших общественных институтов, устоев. С такими вещами шутки плохи. Может поиски фей на Аляске и вампиров в Мексике выглядят со стороны забавно, но столкнешься с ними в реальности… Будет не так забавно.

— Почему мы не находили никаких ископаемых останков на Земле, если там обитает столько паранормальной дряни?

— Тут хитрая штука получается. Магические существа сильно зависят от магии, без нее они не могут существовать, организмы быстро деградируют. В условиях слабого излучения даже останки быстро распадаются, поэтому с доказательствами было туго.

— А как и в каком году тебя занесло на Отрию?

Американец вздохнул, глотнул вина, приготовившись продолжить рассказ.

— 1954 год, на авиабазу «Неллис», где базировалось наше подразделение, приперли каменную глыбу. Уж не знаю, где ее откопали, объект называли «путевым камнем атлантов», по неподтвержденной версии он должен был открывать разрывы в пространстве. Руководство поставило задачу заставить проклятую штуковину работать. Чего мы только не перепробовали: шаманские пляски с бубном, сатанинские жертвоприношения, буддистские мантры. В итоге сработали зороастрийские гимны в комбинации гекатомбой, открылась черная воронка, меня в нее засосало и перебросило сюда.

— Ты хотя бы не умер, как я.

— Поверь, смерть лучше прозябания в рабстве. Стоило выйти к людям, как меня сразу схватили, избили и продали на серебряные рудники. Никто особо не разбирался, кто такой, откуда… Я провел полгода в ужасающих условиях, на грани голодной смерти, пока случился бунт. Еще год мы шатались по лесам, разбойничали, ничего другого беглым рабам не оставалось. Ради обретения магической силы, без этого тут никак, я совершал ужасные вещи: убивал людей, магических созданий. В примитивных земных культурах существует поверье, что сила поверженного врага перейдет к тебе, если выпить его крови, съесть сердце или печень. Доля истины тут имеется.

— Ты занимался каннибализмом?

— Что? Нет, до такого я не опускался, но внутренние органы на импровизированном алтаре вырезал. У меня получилось напитать кинжал жизненной энергией жертв и превратить в атам, фетиш для аккумуляции магии. Тем, кто не обладает врожденным даром, приходится пользоваться вспомогательными приспособлениями.

— Получается, без своих бирюлек ты не умеешь пулять огнем и двигать предметы взглядом?

— К сожалению. Мой медальон ты уничтожил во время нашей схватки.

— Сделаешь новый.

— На создание чего-то, обладающего сравнимой силой уйдут десятилетия.

— Я могу решить все твои проблемы. И с магией, и бессмертием.

— Взамен на?

— Клятвы верности.

— Позволь взять несколько дней на размышление.

— Тебя никто не торопит, — пожал плечами Кирилл. — Служба мне — дело исключительно добровольное.

— Не хочу лишний раз говорить про это, но мне осталось недолго. Лет десять-двенадцать при наилучших раскладах, действие ребиса с каждым приемом ослабевает. Эссенция отодвигает старость, но полностью отсрочить ее нельзя.

— Могу дать восстанавливающего эликсира из драконьей крови.

Квинлан махнул рукой.

— Не поможет. Истинный философский камень, дарующий вечную молодость, удалось сделать лишь Николасу Фламмелю, у всех прочих, включая меня, получался низкосортный суррогат.

— Фламмель дожил до середины XXвека?

— Мы так считали. Предположительно он жил в Западной Европе, на территории Франции или в соседних государствах.

— Если принесешь клятвы верности, я покажу тебе способ стать бессмертным, не становясь нежитью. В его эффективности ты смог убедиться самостоятельно.