Кириллу стало не по себе от резни. Дикость и варварство.

«Ну почему я не могу быть бесчувственной нежитью, когда надо?»

Быстро и безболезненно свернуть шею, проломить череп куда ни шло, но вот это ни в какие ворота не лезет. Крайне мерзкая традиция.

Окончание ритуала Кирилл встретил с величайшим облегчением и поспешил переключиться на другие менее кровавые дела.

— Ты какого демона так возишься с этой девкой?

— Какой девкой?

— С той самой, белокожей ромейской фифой.

— А, ты про мою новую слугу, — Кирилл откровенно валял дурака перед Теякапан, у которой включилось чувство ревности. — Ну вот захотел и взял. Я ведь ничего тебе не говорю про твою конюшню.

— Избавься от нее! — потребовала мумия. — Или…

— Или что? Сама избавишься от нее? Я тебя тогда на сто лет в саркофаге замурую.

— Прости, муж мой, — дала царица заднюю. — Я вспылила. Ну, зачем тебе это ромейское отребье, шатающееся по покоям?

— Я не обязан ни перед кем отчитываться, но, если тебе будет спокойнее, трахать ее не собираюсь.

— Поклянись.

— Что?

— Дай магическую клятву.

— Не дам, не настолько серьезный вопрос, чтобы прибегать к ней.

— Значит, мы с тобой… — обиженно произнесла Теякапан. — Это не серьезно?

«Ты и мертвого достанешь, женщина. Как я в прошлой жизни терпел тебя?»

— Найди себе, наконец, дело, Теякапан, а то целыми днями сидишь, ничего не делаешь, перемываешь кости со своим придворным табуном всем подряд.

— Нахал!

С гордым видом обиженная царица удалилась восвояси. Кирилл хотел облегченно вздохнуть, но тут вспомнил, что легкие не работают.

«Так-то лучше. Ближайшую неделю она меня не будет доставать».

Не первый раз у архилича возникает желание избавиться от ненаглядной супруги, навязанной обстоятельствами. Нет, не убить, просто отослать куда-нибудь подальше и больше никогда не видеть. Польза от Теякапан, конечно, немалая, но и неудобства доставляет значительные: то отвлекает от дел, начиная трепаться о всякой чепухе, то начинает выяснять отношения на ровном месте.

Останавливало Кирилла осознание, что резкие перемены чреваты неприятными последствиями. Он уже и так много дров наломал, казнив Чинальпоку, его сообщников, подвинув от кормушки остальную живую аристократию. Слишком вольготно они себя чувствовали последние три десятка лет.

Кирилл терпел Теякапан из-за ее сети осведомителей, состоявших из различных знатных девушек, женщин, простых служанок, рабов и рабынь. О чем шепчутся при дворе, в городе необходимо знать, а то мало ли.

Постепенно правитель Ацтлана хотел убрать с ключевых постов нынешних личей, заменив их теми, кому больше доверяет. Тот же Тлалок благодаря своей исполнительности, сговорчивости рано или поздно займет место первого советника.

С Теякапан сложнее, другую такую же сплетницу во всем Ацтлане не сыскать, вдобавок она испытывает серьезные чувства к Кеоцикалю, которым Кирилл себя не считал.

Ближе к вечеру архилич на телеге, запряженной мертвой лошадью, в сопровождении нескольких воинов отправился на окраину столицы на испытательный полигон. Хотя полигоном поляну посреди леса можно назвать с огромной натяжкой, Кирилл собирался провести демонстрацию нового оружия.

На месте уже ждал Тлалок с двумя послушниками и одним подгнившим зомби без руки.

— Выгружайте.

Полуличи достали из под тента в телеге двухметровое бревно с просверленной почти на полную длину сердцевиной. На древесине, очищенной от коры, были вырезаны колдовские знаки и слова заклинаний. Также для удобства Кирилл прибил две рукоятки, оружие можно держать как гранатомет.

— Это оно и есть, мой царь? — с недоумением спросил Тлалок.

— Ага, — один из немертвых достал из телеги тонкий железный штырь с оперением на конце и затолкал в дуло пушки. Отдаленно снаряд напоминал танковый ОБПС.
– Исключительно моя идея.

— Я так понимаю, оно должно выстрелить этой железкой?

— В ходе экспериментов, — начал объяснять Кирилл. — Выяснилось, что метание предметов с помощью заклинания «невидимой руки» не позволяет разогнать их до нужной скорости. Маг чисто физически не способен придать достаточное ускорение, каким бы могуществом не обладал. И тогда я попытался решить проблему, основываясь на знаниях Земли, впрочем, меньше слов, больше дела…

Архилич взгромоздил заряженную конструкцию на плечо. Целью был выбран стоявший в двадцати метрах неразумный зомби, вокруг которого мерцал желтовато-янтарный ореол защитного поля. Тлалок наложил самую мощную магическую защиту из арсенала жрецов-личей, в теории она способна даже выдерживать драконье пламя короткое время. Едва Кирилл прошептал слово-ключ, чары активировались, письмена на бревне засияли зеленым и раздался громкий хлопок. Преодолевшая сверхзвуковой барьер болванка быстро достигла мишени. Энергетический барьер лопнул, словно мыльный пузырь, тело зомби разлетелось на мелкие ошметки. Стволы деревьев позади тоже пострадали неслабо, вековые эвкалипты прошило насквозь. Колоссальную отдачу поглотили специальные чары, иначе сам стрелок улетел бы назад.