— Так про какой запасной план ты говорил, владыка? — Тлалок нервно барабанил пальцами по своему посоху.

— Вообще у меня не один запасной план, а целых три, хотя вряд ли расстрел из драконобоев в упор сработает, если Энре атомный взрыв нипочем.

— С нетерпением хочется услышать про оставшиеся варианты, — Квинт расхаживал по центру зала взад-вперед. — Есть хоть какой-то шанс на успех?

— Мы устроим ловушку для Энры, примем бой. В нужный момент драконы накачают меня под завязку магией и я открою под Энрой портал, отправлю его навечно во тьму подпространства.

— Лучше действовать наверняка, извести угрозу под корень, — не согласился Ундолим. — Вдруг Вестник Преображения найдет способ вернуться?

— А вот последний вариант и самый опасный. Энра его точно не переживет, правда существует нешуточный риск уничтожить и всех нас вместе с целым миром.

— Это как? — недоумевал Тлалок.

— Черная дыра.

— В смысле портал?

— Нет, черная дыра. В космосе такие объекты встречаются достаточно часто. Они появляются после гибели звезд, которые сжимаются в настолько сверхплотный объект, что образуется дыра в пространстве-времени. Его гравитация затягивает даже свет, не говоря о веществе.

— Я б не стал с этим шутить, — высказался Квинт. — Ради уничтожения Энры не стоит рисковать целой планетой.

— Придерживаюсь того же мнения. Открыть сингулярность не все, ее нужно суметь удержать под контролем и закрыть.

— А можете пояснить более понятным языком? — Ундолим о физике знал еще меньше первого советника. — Как звезда может стать черной дырой, затягивающей свет? Что такое сверхплотность?

— Мне придется с самых азов рассказывать тебе про физику и другие естественнонаучные дисциплины. Иначе не поймешь.

— Я не слабоумный.

— Я этого не говорил, просто мир устроен гораздо сложнее.

— Мы про биооружие забыли, — вмешался американец. — Почему бы не отравить Энру? Ничего ведь не теряем.

— У тебя нет подходящей отравы, — возразил Кирилл. — Сомневаюсь, что даже бочка яда арахноподов как-то повлияет на Вестника Преображения.

— Каждый паразит имеет свои слабости. Главное, их отыскать.

— Хм, возможно, есть нужное средство, — протянул Ундолим. — Коготь старого сфинкса.

— Так. Продолжай.

— Из него можно изготовить алхимическую субстанцию, смертельную для любого живого существа. Даже дракона. Считается, что нас не проймет никакая отрава, но эта является исключением.

— Старый сфинкс у нас есть, — потер руки Кирилл. — Очень хорошо. Осталось разобраться с рецептом.

— К сожалению, точный рецепт мне неизвестен. Тот алхимик не успел все рассказать, не выдержал пыток.

— У меня в алхимии значительный опыт, — взял инициативу Квинт. — Что-нибудь придумаю.

— Придумал! — воскликнул Тлалок.

— Что ты придумал?

— Я сделаю несколько снарядов для метателя, наложу чары разрыва души. Смажем их ядом и выстрелим ими по Энре.

— Мне нравится идея.

Ундолим прищурился.

— А если не удастся победить? Будем реалистами, никто из нас не станет сражаться до последнего вздоха.

Взял слово Кирилл:

— Скроемся на юге в неизведанных землях. Или переберемся на другой континент.

— Пошесть расползется повсюду. Они не остановятся.

Архилич перевел взгляд на американца.

— Квинт, тебе слово. Скажи им про финальную стадию.

— Уверен?

— Да, черт тебя дери.

— Значит, в ходе изучения эмульсии и сопоставлении некоторых исторических фактов…

— Короче! — рыкнул дракон.

— Преображение, о котором столько разглагольствуют культисты, является финальной стадией жизненного цикла паразита. В ходе этого случается некое событие апокалиптического масштаба, оно затрагивает в первую очередь разумную жизнь на Пангее. Проще говоря, континент ждет тотальное вымирание. Ванары в свое время предотвратили катастрофу, а вот гоблины до них нет, сохранились как вид они лишь чудом. Этот цикл повторяется на протяжении тысяч, если не миллионов лет.

Воцарилось тягостное молчание.

— Как скоро случится Преображение? — побледневшим голосом спросил Тлалок.

— Точно не неизвестно. Думаю, через несколько поколений, — мрачно ответил американец. — Эмульсии требуется набрать критическую массу. Мы уже почти проиграли. Предпринимать активные действия следовало двести лет назад, когда культ Преображения не набрал силу…

Преодолев Борейские горы за следующий месяц, армия во главе с Вестником Преображения хлынула на юг Пангеи как цунами. Культисты с легкостью подчинили две северные провинции империи, Ал Могун и Нарбонию, затем выступили на Никополь.