— Сверху ставь те, что меньше! А потом бокалы и рюмки. Понял? — кричит из кухни.

В моей памяти именно так и был накрыт стол в тот Новый Год, когда я больше радовался приходу Деда Мороза, чем отца. Все следующие новые года я ждал именно его, но приходили только незнакомые мужики в красно-белых пальто и с перегаром.

С этими тарелками мое последнее счастливое воспоминание о полноценной семье оживает наяву. Можно ли шагнуть в ту же воду дважды через тринадцать лет? Я сомневаюсь, но мама очень старается.

Через какой-то час во главе этого стола будет сидеть совсем другой мужчина, а с ним его дочь. Уверен, мама все уши прожужжала Дмитриеву о том, как мне не хватает мужского воспитания, и, уверен, ради нее он даже будет стараться, но пусть он только попробует начать меня воспитывать. Сам будет не рад.

В дверь звонят раньше назначенного времени, а мама летит к двери не с матами, потому что еще ничего не готова, а почему-то подхватив кошелек. Она благодарит кого-то и заносит в гостиную пластиковые контейнеры с логотипом ресторана.

— Это тоже разложи по тарелкам, а соус перелей в пиалы. Упаковки спрячь!

Без пиетета и ложкой выгребаю ресторанный салат в пиалу, и так он выглядит вполне домашним, пять баллов за находчивость. Чуть позже домой доставляют фруктовый, еще горячий пирог, и мама отправляет меня вынести все упаковки, старательно заметая все улики.

Когда я возвращаюсь, она, переодевшись в обтягивающее платье, оглядывает накрытый стол.

— Идеально.

В эту же секунду снова звенит дверной звонок.

— Точно по расписанию. Не груби и будь вежливым, пожалуйста.

Остаюсь стоять возле стола, бессильно сжимая кулаки. Слышу, как мама радостно здоровается с Дмитриевым, который хвалит невероятные ароматы, и оба радуются, что еще чувствуют запахи.

Слышу, как мама впервые знакомится с Юлей, которая отвечает тихо и односложно. А я вдруг тянусь к солонке и быстро переворачиваю ее над салатом, а после ставлю на место.

А так я буду вежливым.

***

Следом за папой захожу в лифт. Дорогу он показывает без заминки, и от этого ощущаю куда более сильный укол ревности, чем предполагала. У моего отца будто есть вторая семья, с которой теперь он собирается меня познакомить, и хотя я знаю, что их отношения с Оксаной длятся недолго, ревность не утихает.

Еще я впервые думаю, что отец у меня еще молодой. И при желании может иметь других детей. От этой мысли маленькой девочке внутри меня еще сильнее хочется разрыдаться, а лучше утащить отца прочь от этой парадной, этих дверей и лифта, но я быстро беру себя в руки. Это неправильно.

Я сама желала отцу счастья. Хотела, чтобы он все-таки нашел другую женщину, которая полюбит его, а он — ее, но теперь понимаю, что никогда не примеривала эти мечты на себя. Всегда думала, что я в это время буду слишком занята в театрах, и что случится это когда-нибудь не скоро.

Но теперь я вдруг тоже должна стать частью этой новой семьи. А я к этому не готова. Еще и потому что никогда не думала о том, что у меня могут быть сводные братья.

И ладно бы, кто угодно. Но не Кай точно.

Я всегда знала, что папа ни за что не свяжет жизнь с бесхребетной и безмозглой охотницей за богатыми холостяками. Или с юной пустышкой сильно моложе себя. И пусть видела эту женщину лишь однажды, ее способность ставить на место капитана полиции уже говорит о многом. У нее явно есть мозги и характер, а еще она ровесница моего отца.

Но я не могу принять тот факт, что именно она оказалась матерью Кая.

И вместо того чтобы сосредоточиться на знакомстве с Оксаной, задать ей свои вопросы, разговорить ее и лучше познакомиться, войдя в квартиру, я моментально теряю дар речи стоит мне увидеть черные ботинки с высокими голенищами в прихожей.

Почему, ну почему именно Кай?

Сам Кай появляется внезапно из дверей боковой комнаты, и я ощущаю его руки на своих плечах, а от тихого голоса волосы на затылке встают дыбом:

— Можно помочь?

— Да, помоги нашей гостье, Костя. Запугал девочку в прошлый раз, смотри, как побелела. Покажи, что ты можешь быть джентльменом.

Его мать понятия не имеет, насколько сильно он на самом деле напугал меня. Наша встреча в участке по сравнению с угоном и угрожающей жизни гонкой по бездорожью была прямо-таки романтическим свиданием, если исключить капитана и адвоката.

— Юля, это Костя, — говорит папа и добавляет: — Он учится на программиста и старше тебя всего на год.