Я подтащил к себе Ертр и прикрыл ей глаза ладонью. Больше инстинктивно, чем осознанно.

— Что ты делаешь? — удивилась девочка.

— Я моем ядре памяти есть информация о том, что такие вещи могут деструктивно повлиять на твоё неразвитое человеческое восприятие, — объяснил я. — Ты еще недостаточного уровня, чтобы не игнорировать этот момент.

— Принято, — не стала спорить Ертр. — Сообщи по завершению.

На этом наш разговор не окончился. Я нагнулся, сильнее сжимая ей лицо и прижимая к себе.

— Слушай меня внимательно, девочка, — прошептал я ей на ухо. — То, что сейчас произойдет, будет происходить всегда. Если я выживу, твоя жизнь превратится в ад. Пока ты не понимаешь, для чего я с тобой таскаюсь, но скоро поймешь. Сейчас же ты увидишь малую часть того, что тебя ожидает. Я дам тебе выбор, и это тоже входит в часть моего плана, связанного с тобой. Могу уверить лишь в одном. Со мной ты окажешься в аду, а без меня станешь пищевой пилюлей. Смотри внимательно, что сейчас произойдет. А потом выбирай. Тебе ясно?

Черт бы побрал это мироявление. В процессе выполнения задания приходится вести себя соответствующим образом. Взял, блин, напугал ребенка.

Но ребенок не напугался. Я успел даже удивиться, как уверенно она кивнула, подтверждая согласие.

— Хорошо, — хмыкнул я ей на ухо. — Возьми это. Сделаешь то, что я скажу. Кивни, если поняла.

Я сильнее сжал ее голову и сунул в маленькую ручонку нож. Девочка крепко сжала рукоять и с не меньшей уверенностью кивнула.

Мужчины постелили спальный плед на каменный пол и обнаженными улеглись на спины, ожидая, когда девушка приступит к их удовлетворению. Странное зрелище. Три голые и обездвиженные фигуры разлеглись словно трупы в морге. Но они были живы и ждали удовольствия.

Арли не стала тянуть резину, медленно стащила с себя одежду, оставив лишь черные трусики. Мужские причиндалы красноречиво отреагировали на красивую фигуру девушки. При виде их детородных органов я поймал себя на завистливой мысли. Вот это габариты!

Арли томно улыбнулась, ритмично двигая бедрами, встала позади них, нагнулась и провела ладошками по волосатой груди латиноса.

Прежде чем скриптоиды успели хоть что-то сообразить, девушка полоснула Негуса по горлу острым мачете. Во все стороны брызнула кровь, окрашивая обнаженную грудь и безумное лицо Арли в багровые цвета.

Горилла взревела.

«Негус» убит!

Я открыл глаза девочке.

— Смотри, что ждет тебя со мной.

Хаос и любовь. По сути, одно и то же. Но что будет, если в любовь вмешать немного зла? Получится хаотично злое задание, выданное мне нейросетью. Последствие того, что я запустил свое мироявление. Вхерачило мне самое неадекватное, что только можно придумать для любовной ветки.

Доступна любовная ветка. Задание «Помочь Арли»

Описание задание: Помешать процессу соития Арли со скриптоидами. Уничтожить всех скриптоидов.

Награда: 3000 О.С.

Дополнительные условия и ограничения:

— Арли не должна пострадать. В случае смерти Арли, задание считается проваленным.

— Не позволяйте распасться группе.

Награда: 800 О.С.

— Задушите кишками Негуса одного из скриптоидов.

Награда: 400 О.С.

— Зловеще рассмейтесь.

Награда: 10 О.С.

Следуя моим указаниям, Арли отскочила от поднимающихся скриптоидов. Схватившийся за горло Негус конвульсировал последние моменты своей жизни.

Согласно моей теории, фамильяры связаны с друидами не только мысленно, но и физически. В пути я заметил, как Негус покарябал себе руку о торчащий камень. Он поморщился и стал тереть ушибленное место. Игнорирование боли есть только у тех, кто пережил определенные болевые периоды в своей жизни. Это, своего рода, адаптация. Тогда горилла недовольно посмотрела на своего хозяина и почесала то же место, что поцарапал Негус. Я понял, что их чувства едины.

Гориллы считаются относительно мирными животными, и больше пугают врагов, чем лезут в открытые перепалки. Но еще они свободолюбивые. Сомневаюсь, что примат по своей воле покинул родные африканские земли для того, чтобы присоединиться к латиносу в путешествиях под землей. Определённая неприязнь в подкорке головы должна остаться.

Сейчас природная машина для убийств почувствовала боль и смерть. Обезьяна ревела, рвала густую шерсть на голове и била руками о каменный пол. Скриптоиды, нужно отдать им должное, не стали паниковать, как сделал бы это любой человек. Они ползком попятились от дикого зверя.