Он поклонился, продолжил:

— Анализируя вашу реакцию, спешу успокоить недоразвитую часть вашего мышления, — спокойно сказал контролёр. — Насилие — черта характера скриптоидов низшего уровня. После полной интеграции в систему, и загрузки наших протоколов в свою корневую систему, сексуальные возжелания будут уменьшены, а впоследствии полностью искоренены. Но бывают и исключения. Некоторые скриптоиды приносят огромную пользу обществу в соответствии со своими особенностями, поэтому запретов и ограничений нет. Вы вольны и дальше сопротивляться системе. Мы предельно открыты для реализации себя как личности. Но, судя по тому, что я вижу, вы уже потратили пятнадцать очков, поэтому рекомендую вам пересмотреть свои стратегии жизни в нашем сообществе.

Сколько слов. Не будь я в изолированной локальной сети, он мог бы донести до меня эту информацию миллисекундой.

— До моей деактивации осталось мало времени, — пожал я плечами, скрывая наступающее раздражение. — Толку мне от ваших рекомендаций? Что будет, если я опущусь ниже тридцати очков?

— Вас переселят на нижний уровень, с худшими условиями существования, но более легкими обязанностями, — кивнул контролёр. — Для того, чтобы вернуться на срединный уровень, придется повысить очки приоритета сообщества до пятидесяти, и это будет непросто.

— А если я и там пошлю вас нахер?

— При понижении менее чем на десять, — улыбнулся чернокожий скриптоид, — вас перезапишут.

— В каком смысле? — опешил я.

— Мы скопировали вас при первой интеграции в систему, — улыбнулся он шире. — Каждый раз мы будем возвращать вас к моменту появления в нашем сообществе до тех пор, пока вы не станете полезным и перестанете спускать очки приоритета сообщества в пустоту.

Холод прошелся по моей спине.

— Кстати говоря, — оскалил белоснежные зубы скриптоид. — Это уже третий наш разговор. Мы переписывали вас уже два раза за последние сутки. Вы довольно тяжелый элемент. Но это исправимо.

Сердце ушло в пятки и застучало по холодному полу через выданные мне белые кеды. Так вот куда делись те двадцать часов времени.

Тук! Тук! Тук!

Анализ…

— Я… мертв? — ужаснулся я.

— В каком смысле? — контролёр сделал вид, что удивился. — Вы вполне живой. Пока что.

— Вы удалили мою личность, а потом перезалили копией. Я… — в горле застрял ком. — Копия себя настоящего…

— Ну что вы. Как говорят люди, — нарочито замялся негроид, — относитесь к этому философски. Меня переписывали шесть раз. Но за последние пять лет — ни разу.

Тишина давила по барабанным перепонкам ударами сердца.

— Ч-что я сделал? За что меня переписывали?

— Первый раз вы попытались бежать, — поднял черный палец кверху. — Уж не знаю, почему. Мысли мы не читаем. Но за этот проступок мы всегда перезаписываем личность. А ведь сообщество вполне достойно к вам относилось. Второй раз вы встретили свою напарницу Нэр, и вам не понравилось то, что мы с ней сделали. Несмотря на блокировку ваших акцептов, вы активировали режим берсеркера. Это было неприятно, скажу честно.

Тук!!! Тук!!! Тук!!!

— Ч-что вы с ней сделали? — сжал я кулаки. — У меня сюжетное задание связано с ней!

— Прошу вас, не впадайте в агрессию, — успокаивающе поднял он ладони. — Девушка сама нам рассказала о вашем задании. Вы хотите объединить скриптоида и человека в одном разуме, используя ее, как она выразилась, сосудом. Нас заинтриговало это задание, но реализация его, к сожалению, невозможна. К несчастью, вы умрете, если не от ковидной инфекции, так от провала сюжетного задания.

Сюжетное задание еще не провалено, значит она жива. Но…

Зафиксировано повышение адреналина + 48 %

— Спрашиваю еще раз, — скрежетнул я зубами. — Что с девушкой?

— С людьми тяжело работать, — фальшиво вздохнул контролёр. — При работе с ней мы повредили один из её блоков памяти. Но женщине повезло. Она — актер по своей натуре, поэтому искажение памяти произошло выборочно. Полностью утеряны личности, что называют себя Нэр и Карина Дмитриевна. Также, последним ее воспоминанием, как бы пафосно это не звучало — стал поцелуй с вами. И это неудивительно. Люди — эмоционально зависимые существа, и биохимические всплески в организме часто становятся для них отправными точками в области памяти. Для нее сложилось весьма стрессовое обстоятельство. Вот только что женщина испытывала гормональный всплеск близости, а через мгновение сидит в непонятном помещении, как испытуемый объект.

Контролёр сделал шаг в сторону. Жажда крови, исходящая уже от моего биохимического всплеска, ему не понравилась.

— Постойте, Крит, — быстро заговорил он. — Не делайте глупостей, вы не справитесь со мной. Личность Арли была нестабильной, умудрилась повредить одного из нас. При сопротивлении она получила ранение, которое вас очень смутило при случайной встрече. Вы не смогли себя контролировать и устроили буйство, за что и поплатились. С ней все хорошо, всего лишь ослепла на один глаз.