— Когда убью тебя, — сказал я, прекрасная осознавая ложность этого пафосного заявления.

Я бросился на азиата, анализируя каждое мгновение и микрометр пространства. Замахнулся мечом. Мой противник удивился. Но не моей быстроте или умениям. Он удивился моей глупости. Такой гениальный скриптоид не может так поступать. Видимо, ему так говорили.

Последнее, что я увидел — улыбку на его лице. Мамору-сан не поднимал свой короткий меч над головой. Он просто исчез из поля зрения, наплевав на все гениальности моих расчетов.

Я услышал его позади себя слишком поздно.

Брызнула кровь.

Что-то с неприятным «плюх» упало на грязный асфальт.

Нэр вскрикнула, но не двинулась с места.

По щеке стекало что-то влажное и густое. Во рту почувствовался металлический вкус ржавчины. В нос ударил запах крови.

Кап…

Я не сразу понял, чего лишился. «Игнорирование боли» всё еще работало, и только косвенные показатели оповестил об отсутствии правого слухового сенсора. Я спокойно посмотрел по сторонам, не обращая внимания на японца позади себя. Если бы он хотел, то убил бы. Отрубленной половины уха не обнаружилось. Слишком уж темно. Я приложил левую ладонь к обрубку, в попытке остановить кровотечение. Медленно развернулся, посмотрел на азиата. Орк угрожающе зарычал.

— Теперь еще и испачкал в змеиной крови, — брезгливо поморщился он, задумчиво разглядывая кровь на закаленной стали сёто. — Ты успел увернуться. Я хотел срезать ухо целиком.

— Хватит играть со мной, — сдерживая орка, потребовал я. — И почему ты один?

Мамору-сан задумался отвечать мне или отрубить второе ухо. Наконец решил.

— Меня отстранили от этого дела, — усмехнулся он. — Учёная свинушка так визжала, что я не успел толком ничего объяснить. А потом уже, честно говоря, и не хотел. Но ты, змей, не подумай, что это отменяет мой долг.

— Почему тогда ты еще не убил меня? Планируешь доставить живым?

— Именно. Но… — японец осекся, достал белоснежную салфетку из кармана и вытер кровь с лезвия, — Я слышал, о чем вы говорили. Особенно ты, змей. Ты хочешь уничтожить нас, людей? Мне не показалось это шуткой или иронией. И мне это не понравилось.

Он посмотрел на меня своими нечитаемыми глазами. Я не стал отвечать. Если он слышал мои слова, то должен понимать всё с первого раза.

— Альфы, да? Так ты их назвала? — развернулся к Нэр Мамору-сан. — Никогда о них не слышал. Они высасывают из нас умственную энергию, да? Это правда? Тьмушники вам об этом сказали?

— Да, — не опуская глаз ответила девушка.

— И кто об этом еще знает?

— Не уверена. Возможно все, кто на высших постах. Больно затея масштабная.

Японец задумался, стал топтаться на месте, стучать пальцем по лезвию ножа. Насмешливо обратился ко мне:

— И что ты собираешься с этим делать, змей? Откроешь охоту на этих альфов?

— Никаких заданий, связанных с альвами у меня пока нет, поэтому не знаю, — сказал я, игнорируя его снисходительный тон, сильнее прижимая руку к уху. Сквозь пальцы не переставала сочиться кровь. — Но они враги. И это факт.

— Эти альфы, — скривился японец, — они люди? Это название расы, касты, клана или, не знаю, ориентации?

— Неизвестно.

Мамору-сан снова посмотрел на Нэр.

— Эй ты, лживая женщина. Признавайся, что тебе еще известно.

— Это я-то лживая? — выжала из себя немного злости девушка и посмотрела на начальника охраны, — После того, как вы связали мне руки и ноги контрактом? Это вы убиваете людей на испытаниях и заставляете меня в этом участвовать. У меня просто не было выбора!

— Ложь! — эмоционально отреагировал Мамору-сан. — Выбор есть всегда. И ты это прекрасно знаешь, раз предала нас. Нет выбора только у трусов.

Со стороны подсвеченной части проулка показался человек. Он медленно шел в нашу сторону. Японец приложил палец к губам, сунул кинжал за пояс и взял в руки сюрикен.

— Вы оба — тихо. Если будет шумно, я умоюсь в вашей крови. Клянусь.

Он попятился спиной и слился с тенью.

Приближающегося мужчину в джинсовой крутке сильно шатало. Он был пьян. Вот пьянчуга остановился неподалеку от нас, одной рукой облокотился о монолитную стену заброшенного в центре Москвы дома и опустошил свои внутренние контейнеры через голосовой клапан. Даже с такого расстояния я почувствовал ядреный запах перегара.

Глаза мужчины совсем немного, но прояснились, он посмотрел сначала сквозь меня, потом на меня.

— Э-э? Ты чего, а, красный такой? Пу… пукнуть хочешь?

Я не ответил, и мужчина переключился на Нэр, присвистнул.

— Йо-о-оп, вот это белочка, — ругнулся он, и стал тереть руками глаза. Убедившись, что Нэр не глюк, широко улыбнулся, — Девушка, может вас провод…

Он снова блеванул. Вытер рот рукавом, оставляя на одежде липкие разводы с кусочками непереваренной пищи. Как ни в чем не бывало продолжил: