— Кто там? — Седой шагнул к краю площадки, присмотрелся и шагнул назад, прячась за краем ближайшего валуна.

В реке, прямо у берега, стоя по колени в воде, заходить глубже было опасно, плескалась обнаженная женщина. Высокая, стройная, с длинными убранными наверх, чтобы не намочить, волосами, она смывала с себя пот и дорожную пыль, старательно оттирая кожу небольшой, с ладонь, мочалкой.

Сутки назад Седой бы без оглядки бросился вниз, знакомиться и расспрашивать, сейчас же сомневался, взвешивал все за и против, не забывая откровенно пялиться на фигуру незнакомки, настолько близкую к идеальной, что даже не верилось, что такую женщину можно встретить случайно, посреди безлюдного скалистого кластера.

— Ну, и куда ты смотришь? Что, больше смотреть некуда? — напомнила о себе Мелкая.

— Давай спустимся. Мы же людей ищем, а она — человек.

— Угу, человек… — Съязвила галлюцинация, и все же пошла следом, старательно выбирая для спуска камни покрупнее и понадежнее, как будто могла упасть.

Увидев Седого, женщина испуганно прикрылась руками.

— Ты кто? — но быстро оправилась, выпрямилась, хотя рук и не опустила, — Отвернись, мне нужно одеться.

Отворачиваться инженер не стал. Прикрыл глаза и, не особенно скрываясь, что подглядывает, продолжал хранить молчание, больше потому, что боялся показать смущение и неловкость, чем для напускной бравады.

Натянув штаны и куртку, незнакомка переспросила:

— Ты кто? Как ты ко мне подобрался?

— Седой, — представился Седой, — Подобрался? Да никак. Спустился, — он показал на площадку, где они сидели с Комендантом, — И подошел.

— И давно ты там… пялился оттуда на меня? — сложно было понять, злится незнакомка или заигрывает, — Подошел он… Я еще могла тебя не услышать, а вот Цезарь вряд ли.

Пришло время пугаться Седому. За спиной женщины, словно из земли, вырос мутант по сравнению с которым Комендант казался жалким щенком. Только сейчас инженер понял, что серо-зеленый бугор на краю пляжа не зря казался подозрительным. Теперь же он поднялся, расправил плечи, выпрямил голову и оказался стоящим на четырех лапах монстром размером с автомобиль, с загривка до пяток покрытый естественным защитным зелено-серым окрасом. Встань — высотой был бы метра четыре, не меньше.

— Зови своего, — женщина была довольна произведенным эффектом, — И будем знакомы, люди зовут меня Карной, — Она без опаски подошла к вышедшему из-за камней Коменданту, прикоснулась к костяным наростам на морде, провела по вросшим в кожу стальным пластинам, — Необычное решение, сам придумал?

— Вроде того, — инженера как будто самого погладили по шерстке. — Здорово же?

— Чума, — признала Карна, — Сколько я видела погонщиков, а такого способа усилить монстра — ни разу. А чего он у тебя такой хилый?

— Сама она дрищь! — не сдержалась Мелкая, игнорируя тот факт, что рядом с крепкой Карной субтильная галлюцинация выглядела подростком.

— Погонщиков? — Седой решил не обижаться. — А это кто?

— Погонщики, первый раз что ли слышишь это слово?

— Первый, я тут вообще недавно…

— Недавно?

— Меньше месяца и еще ни разу… Ну, почти ни разу не встречал людей. Хожу, как лунь, один по этим полям и лесам.

— Так ты что — новичок? — искренне удивилась Карна, как будто была уверена в обратном, — И уже контролишь кусача?

— Какого кусача?

— Чума… Где ты его взял? Как захватил?

— Да что за кусач?

— Да вот этот твой, Комендант.

— А он кусач?

— Чума… ты на самом деле новичок. Откуда такой дар? Кто тебя крестил? Погонщик? Ты жемчуг принимал?

— Какой жемчуг? — окончательно запутался Седой.

Новая знакомая не ответила, только еще раз коснулась морды Коменданта, словно просканировала его, и повторила:

— Чума.

Знаний и опыта Карны хватало на двоих. Она говорила часами: во время переходов, до и после еды. Седому все время было мало.

— Сколько споранов дают за жемчуг? Сколько нужно принять горошин, чтобы прогресс был как после жемчужины? Кто управляет стабами? Есть тут государства? Кто управляет перезагрузками? — и хотя на многие вопросы у погонщицы попросту не было ответов, она старалась, и ее путаные пояснения постепенно складывались в общую картину.

Вот только погонщики в нее как будто бы совершенно не вписывались.

— Мы индивидуалисты. Сам подумай, если таких как Цезарь будет штук двадцать, как их прокормить?

— Ты же говорила про клан?

— Клан и есть, и нет. Мы живем небольшими группами по 2–3 человека, да и то чаще всего расходимся и сходимся время от времени. У нас нет общего лидера и единого центра, поэтому иногда мы просто теряем друг друга и кого-то больше уже не находим.

— Гибнут так часто? Или уходят в другие края?

— По-разному. Если новичку помочь вырастить первого мутанта, становится легче жить среди зараженных, но чем больше у тебя питомец, тем сильнее тебя хотят убить иммунные.