— Старшие, — подошёл к ним Муайто и почтительно склонил голову. Говорят, этот обычай пошёл от волков, что так, опуская голову и подставляя беззащитную шею, показывают смирение и покорность. — Такай, — повернулся к военному вождю, — я хочу пойти с вами.

— Куда ты хочешь пойти? — хмуро посмотрел на него старик Даго, лишь мельком покосившись на свою дочь, выглядывающую из-за спины парня.

— За серыми. Мне кажется, они увели часть детей. Я посмотрел, многих не хватает ни среди мёртвых, ни среди живых. Нужно отбить остальных, вождь.

— Я видел, что ты нашёл выживших. Это похвально, — такай, к которому, с гибелью аркая, главного вождя племени, переходило управление родом, продолжал хмуриться, — но не следует говорить Старшим, что им надлежит делать.

— Но, Даго...

— Не перебивай! Ты влез в разговор Старших.

— Мы об этом и говорили, — повернулся к молодому охотнику ещё один из Старших. Поко, отец Арко. Он всегда благосклонно относился к Муайто, частенько нянчившемуся с его сыном. — Отверженные ушли далеко. Мы не знаем ни сколько их, ни куда они ушли. Пока будем догонять, придёт вечер, а серые уже доберутся до гор. На камнях мы и вовсе не увидим их следов. А то и вовсе попадём в засаду.

— Я не хочу посылать воинов в никуда, — кивнул такай.

— Но там мои дети, — в голосе третьего Старшего, Туако, слышались боль и нетерпение. — Я вижу, Даго, недомерки украли и твою среднюю дочь. Неужели ты позволишь этим тварям принести её в жертву?! Позволь, я возьму несколько молодых, и мы попробуем нагнать гадёнышей.

— В степи много троп. В горах не меньше. Вы не найдёте их, — покачал головой Даго. — А если потеряете кого-то из наших, роду будет ещё сложнее восстановиться.

— Простите, Старшие, — вновь вмешался Муайто, склоняясь ещё сильнее, — мой Войко быстро найдёт след. Даже в горах. И если мы поспешим, может нагоним их и раньше.

— Такай, я, наверное, всё-таки поддержу Туако с Муайто, — повернулся к военному вождю отец Арко, — и я готов пойти с ними.

— Я знаю, что волки могут брать след, — раздражённо проговорил Даго. — Возможно даже этот волк не ошибётся. Но вам придётся не идти, а бежать. Долго бежать, — он с сомнением глянул на Поко.

— Я не настолько стар, чтобы забыть, как быстро переставлять ноги, — ударил тот себя кулаком в грудь.

— А я не настолько выжил из ума, чтоб рисковать нашими воинами, — начал злиться такай.

— Мы вдвоём поведём молодых, — Туако видел, что Даго готов согласиться и именно потому сердится сам на себя. — Не переживай, такай. Старый Поко мудр и опытен. Он не даст нам наделать глупостей. Время уходит, вождь.

— Хватит на меня давить, — взъярился Даго, но тут же, сдержав себя, скомандовал: — Берите руку охотников. Можете с собой и этого егозу с волком захватить, но постарайтесь вернуться целыми.

Муайто разве что не прыгал от радости. Он обернулся к Триске, поймав её взгляд. Чего в этом взгляде только не было. Надежда, радость, гордость за него, добившегося своего от Старших и отправляющегося в настоящий военный поход. А ещё обещание. Дождаться и вознаградить храброго воина по заслугам. Уж она-то найдёт способ обойти запреты большаков.

Внизу живота возникло томление, и, чтоб не опозориться вновь оттопырившимися штанами и килтом, Муайто поспешил наклониться к Войко.

— Пошли-ка, рыжий, — погладил его.

Волк закрутился, радостно задрав хвост и выставив торчком уши.

— Ну-ка, — подойдя к ближайшему трупу коблитта, парень оторвал от его лохмотьев изрядный кусок.

Понюхал и брезгливо сморщился. Воняло жутко. Ладно бы только кровью. Нет, какой-то ужасной кислятиной, тухлятиной и ещё, Создатель ведает, чем. Сдохнуть можно!

Обернулся на Старших. Поко уже собрал вокруг себя возбуждённо галдящих молодых. Стать воином, отправившись в погоню за коротышками, хотелось всем, но Поко с Туако должны были отобрать лишь четверых.

Муайто помахал им рукой и показал, что пойдёт к краю становища. Тому, что ближе всех к горам. Наверняка, серые именно туда и сбежали с добычей.

— Нюхай, — сунул он вонючую тряпицу волку под нос. И жалко было другу этой дрянью в нос тыкать, но ничего не поделаешь. — Нюхай и ищи.

Парень не зря считал своего Войко самым умным волком, не то что в посёлке, в целом мире. Рыжий, поводив носом, не кинулся назад, в центр становища, где валялось полно дохлых коротышек. Он точно понял, чего от него хочет хозяин, и ринулся в заросли степной травы.