Куда делись стариковы сыновья с женами — история умалчивала. Известно только, что один из них был агроном, а второй животновод. Может, прибил один другого, и в бега подался. Может в солдаты записались. А может их дед съел. Но, так или иначе, когда рядышком появилась вторая изба — Фрол Петрович жил бобылем, с двумя внучками на попечении. Сам старик специализировался на сыре. Два раза в неделю к нему приезжал перекупщик, привозил молоко и забирал готовый продукт. Старик готовил различные сыры только по одному ему известным рецептам. Все игроки их пробовавшие, в один голос заявляли, что без алхимии запредельного уровня, такое приготовить невозможно. Сыры выходили мало того, что очень вкусными, так еще и давали какие-то нереально крутые бафы. И их с удовольствием скупали лучшие рестораны почти всей Грязи. Короче, с деньгами у старика проблем не было. Он прекрасно знал цену своей работе.

Вторыми, рядом поселилась семья козоводов из четырех человек. Мужик, его брат, и два великовозрастных сыночка первого мужика. Живущие в том доме, где все спали, когда Барсук территорию сканировал. Стадо свое они держали подальше от деревни, и следили за ним посменно. Учитывая, что в этих широтах Грязи все время стояло раннее лето и температура ниже пятнадцати по Цельсию не опускалась даже в самую лютую зиму, козам не требовалось даже сарая. Молоко местных козочек было целебным само по себе, и в сыры Фрола Петровича не шло. Хотя может и шло, просто это был секрет фирмы. Короче, семья тоже была зажиточной учитывая приработки от продажи квестовых хвостов волков. Серых разбойников мемекающее стадо манило со всей округи.

Потом рядом построил дом кожевенник.

Но его вонючее производство в низовьях реки требовало постоянного пригляда, и поэтому кожевенник через полгода оставил дом и съехал. А в доме поселился хоббит Брокко Ногтинсон. Выкупил он домик, или занял его злодейски, Журнал не пояснял. Хоббит писал историю своего рода и был очень счастлив уже тем, что его все оставили в покое.

Следующими в Землянику понаехали всем своим семейством самые настоящие крестьяне. Четыре штуки. Многофункциональные такие. Отец семейства пахал землю, немного ковал и гнул железки. А также был неплохим плотником. Мать следила за хозяйством, готовила, пряла, шила, вязала и вообще непонятно, когда спала. Дочь — прирожденная птичница и… кто бы мог подумать, лучница. Наверное, луком овладела, чтобы за птицами не бегать. А пацан их, судя по описанию, КМС вообще по всем видам спорта в мире сразу, включая спортивную рыбалку. Удивительно, как еще всю рыбу в реке не выловил. Скорее всего, просто его отец, не может с такой скоростью крючки ковать.

Самой последней в этих краях прописалась семья орков. Самых настоящих, из орды. То ли их выгнали, то ли они сами сбежали, неизвестно. Орк несмотря на огромные клыки и рельефную гору мускулов там, где у нормальных существ находится тело, по профессии ботаник. Собирает гербарии и пытается гнать из них самогон. А его жена умеет готовить все, даже камни. Учитывая эти специфические наклонности, орки открыли в своем доме кабак. Сделали они это зря, поскольку сразу после появления в деревне точки общепита, администрация устроила в ней точку респауна.

Как отнеслись местные к подобному событию Журнал не поведал. Но вам я скажу. За три года существования деревни, сортир сжигали раз восемьдесят.

Дроу и тануки внимательно изучили данный материал, и единогласно пришли к выводу — обрабатывать нужно дом кузнеца-крестьянина. Во-первых, там больше народу имеющего производственные профы. Во-вторых, и Втыкатель и Барсук еще надеялись получить впоследствии квест у кабатчика. В-третьих, тчифу совершенно не понимал, как сделать амулет из козы, даже если получить умение «Козовод»… ну, или «Козопас», неважно. Ну, и в-четвертых, отношения со старостой точно портить нельзя. Через него потом можно будет амулеты местным раздать. Да и должен же кто-то ревард за спасение деревни выдать.

— Знаешь, — предложил Втыкатель. — Давай так. Ты делай этот свой очковтирательский амулет, и иди, разводи семейство на плюшки. А мне журнал оставь. Слей в него всю инфу по амулетам, которые мастерить можешь. Я тему изучу, может ты просмотрел чего. Не внушает мне доверия эта жажда.

— Хорошо. Я и сам думал там еще покопаться. Четыреста восемьдесят шесть видов… Я их и не запомнил даже все.

— Во-во. И я об этом. Давай, связывай перышки, не тяни. Жутко интересно посмотреть.

— Да чего тут интересного. Вот.

Тануки сграбастал горсть перьев и попытался создать форму амулета. Прикинув, что для лучшей магоемкости перьев нужно взять побольше, он попытался связать шнурком сразу штук сорок.

Ничего не вышло. Веревочка развязывалась и сползала, как тчифу ее не скручивал. Тогда он стал постепенно уменьшать количество перышек. Максимум, на который согласился шнурок — восемь штук.

— Может если очки в мастерство вложить, больше можно будет связывать? — предположил Втыкатель.

— Может. Но пока не нужно. Думаю, несколько очков погоды не сделают.

— И то верно. А дальше что?

— А дальше мне нужно наполнить его энергией.

— Какой?

— Всякой. Сытостью, бодростью, манной и жизнью. Можно и ки, она вообще универсальная, но ее жалко. Вроде видел парочку амулетов, которые экспу требуют. Но это пока не мой вариант. Конкретно для Притворщика нужна манна и бодрость.

— М-дя? Вообще-то, я могу манну заливать. Есть у дроу такая способность расовая. Половину от имеющегося запаса. Запас, правда, нубский совсем, сам понимаешь…