– Серьезно? – его голос прозвучал таинственно и шершаво. Словно грим хорошего начальника вдруг упал, а на его месте оказался изысканный покоритель дамских сердец. Но я не из тех, кто на такую чушь ведется.

Лиманов встал, я слышала, как стукнула ножка стула.

– Даже шанса не дашь? – его голос передвинулся мне за спину, а я потянулась к двери, потому что желала сбежать.

И тут я вспомнила просьбу Леры. Вот же! Дождалась, когда Арсен подойдет ближе и добавила:

– Соглашусь на обед, если вы возьмете на работу одного хорошего парня.

– Хитро, Таис, но я согласен, – не раздумывая, ответил Лиманов, выпустил меня в общий зал, поклонился учтиво и ушел к себе.

Быстро. Не оглядываясь. Не оставляя мне возможности передумать. Гад. Но красивый гад.

Я несколько секунд пялилась на его упругий зад и вальяжную походку, а потом смутилась от взглядов сотрудников и побежала к себе. Щипать черного петуха. Чтоб он подавился бобовым зернышком!

Raven: Ты стратила, Афина.

Последнее сообщение было отправлено более часа назад. Я стояла у рабочего места, уперевшись ладонями в столешницу, потому что ноги не гнулись, и сердце не успокаивалось. Я хаотично думала, что пернатый сделал после того, как отправил эту фразу, и кто на меня смотрел с особым интересом, когда я находилась в переговорной.

Неужели Паша?

Я зыркнула на его место, но парень уже ушел домой. Многие ушли – рабочий день закончился, номер сдали, можно немного выдохнуть. Стало жутко тихо и мрачно. Притушился свет, замолкли компьютеры, остыли принтеры. Часы на стене в холле стали тикать размеренней и четче: даже сквозь толстое стекло я слышала их пульс.

Присела в кресло, чтобы не упасть. Возможно, сейчас последние минуты, что я здесь работаю. Возможно, остались крохи секунд, прежде чем откроется дверь, мне заломят руки за спину и уведут в комнату с бетонными стенами и узкой кроватью у стены. Я всегда так представляла тюрьмы.

Ворон ведь много раз пугал, много раз обещал выполнить угрозы, а я не воспринимала всерьез. Я была словно в капсуле наивности, а сейчас, когда никого рядом нет, суета ушла, чужие голоса растворились в темноте вечера, мне вдруг стало до ужаса страшно, что вся моя жизнь, как карточный домик, сломается.

Бессмысленно мучиться вопросами, на которые ответить все равно не могу. Отправил – не отправил? Какая разница теперь? С Леной поговорю завтра, Артура попытаюсь устроить, а дальше… а дальше все равно что. Я устала.

Не скажу, что пряталась все эти годы. Нет. Наивно думала, что все свидетели умерли, а заинтересованные просто забыли. Они все влиятельные люди, не захотят огласки. Я просто вычеркнула тот кусок жизни из своей судьбы, сделала вид, что у меня амнезия. Так было удобней всего, но сейчас придется все вспомнить. Коша явно где-то налажал, оставил толстые след наших общих деяний. Даже после смерти не оставляет меня в покое. Урод.

Когда звякнуло входящее сообщение, я даже не вздрогнула. Открыла и пробежалась глазами по строчкам.

Но прежде чем до меня дошел смысл, почувствовала на себе взгляд. Долгий и любопытный. Приподняла осторожно голову и выглянула из-под упавших на лоб волос. В зале находился только охранник, и он смотрел в упор на меня. И даже не отвернулся, когда я заметила его интерес.

Он? Ворон?

Я прочитала еще раз сообщение.

Raven: Похоже, ты не воспринимаешь меня всерьез. Придется пойти на более радикальные меры. Я, Таисия Богдановна, знаю о тебе все. И если ты сейчас не выполнишь мои требования, пожалеешь, что родилась на свет. Сними нижнее белье и оставь в столе. И не выделывайся, сучка, ты меня разозлила. Или сделаешь это, или завтра тебе конец.

Я снова подняла голову и взглянула на охранника. Он отвернулся и, заложив руки за спину, бродил между столов, а потом сел на гостевой диван и устало откинул голову назад. Руки у него были свободны все это время, не мог он отправлять сообщения. А если делал это отложено?

Raven: Не пялься на него – это не я.

Откуда ты смотришь, тварь?

Кабинет почти пустой, везде стекло. Куда он мог поставить камеру, чтобы следить за мной?

Я встала, поправила юбку, проверила, чтобы декольте не распахнулось из-за пуговиц на блузе, и подобралась. Осмотрела потолок, изучила углы, стыки. Ничего даже близко похожего на слежку. Где твои глаза, ворон паршивый?

Компьютер?

Вернулась к столу и огладила пальцем кант монитора. Ничего. Только вебка смотрела на меня черным глазом. Взломал ее? Но я не удивлюсь, что у него есть доступ ко всем моим данным, личным перепискам и кодам. Даже банковским, твою ж мать.

Я наклонилась, игнорируя пиликающие входящие, достала из стола изоленту и наклеила ее на глазок. Теперь слепой стервятник не сможет за мной наблюдать.

Raven: Думаешь, я настолько глуп, чтобы иметь в запасе только одну камеру?