– Делайте, как вам годно. Я лишь наемный рабочий, а вы – хозяин. Слышала, что тоже увлекаетесь фото, – вдруг вспомнила и окинула мужчину спокойным взглядом. Как бы еще внутри все успокоить?

Лиманов мягко скосил улыбку.

– Было дело. Могу устроить тебе фотосессию.

– Нет, спасибо, обойдусь, – я отмахнулась и покосилась на выход. – Не люблю сниматься. Арсен Славович, я пойду?

– Тебе легче? – его голос стал мягче, а улыбка теплее. – Свидание в силе?

– Простите, но откажусь, – я шагнула к двери, но шеф легко преградил дорогу. Встал напротив, руки в карманах, спина ровная, но выглядел мужчина так, словно собирается прыгнуть на добычу.

Меня бросило в жар. В его глазах было приятное тепло, но и властная острота, и я его неосознанно боялась. Как любого мужчину. Они всегда берут то, что хотят. Не спрашивая, чего хочет женщина.

– А может, рискнем? Ты интересная, я хотел бы познакомиться поближе. Это ведь нормально, когда мужчина и женщина симпатизируют друг другу?

Кто ему сказал, что я симпатизирую? У меня что на лице все написано?

– Я очень наблюдательный, Тая, – подкинул ответ.

– Давайте просто работать, – я посмотрела на Арсена прямо, а он свел брови.

Огромный, но слаженный физически, гармоничный от макушки до носков кроссовок, с пронзительными глазами и приятной улыбкой на чувственных губах. Я никогда таких не встречала. Вроде с жилкой богача, но с такой легкой натурой. Но вдруг это маска? Дать ему шанс или бежать? Тем более, пока я не решу вопрос с черной курицей в моем телефоне, я не смогу нормально воспринимать действительность и, тем более, строить отношения.

– Работать так работать, – Лиманов показал ладонью на выход и добавил: – Жду на собрании через, – бросил взгляд на смарт-часы, – два часа. Таисия Богдановна, но за душ я требую хотя бы завтрак. Это ведь не считается свиданием?

Я сидела в кабинете не меньше часа и тряслась. Не то от жары, не то от холода, не то от паники. Больше от последнего. Кажется.

Даже обаятельный директор размывался в темном мраке моих страхов. Все эти перемены, уход Бурова и прочее, могут быть бессмысленными, если всплывет моя правда.

Телефон дергался, сообщения на компе подсвечивались, но я не могла ответить, мне нужно было прийти в себя. Эти раны так глубоки, что я едва держала себя в руках и не давала деру.

Может, стоит взять деньги и свалить из страны? Ведь здесь никто меня не спасет. Я буду виноватой во всем, а заказчиков все равно нет в живых. Зараза Коша – был падлой и умер, оставив после себя кровавый след и гнилую кучу проступков.

Я до хруста позвонков вжалась в спинку стула и, обняв себя, смотрела в одну точку бесконечные долгие минуты. Офис гудел, двигался, кто-то бегал мимо кабинета, кто-то бурно беседовал за стеклом, а я не обращала внимания – впала в ступор, из которого нет выхода.

Ненавижу гада пернатого! Чтобы его принтер сожрал! Ненавижу того, кто меня в это втянул, несмотря на то, что сдох, как собака. Всех мужиков ненавижу! До единого.

Минутное помутнение под грифом «Лиманов» развеялось, будто ядовитые пары вышли из моего организма и позволили мне дышать спокойно. Не хочу я никаких свиданий, буду вести себя с ним немного иначе, зря он думает, что я сладкая мышка, которую можно полапать, дать воды и уложить в койку. Этого не будет.

– Можно к тебе? – Рыжая макушка сверкнула в дверях. Я дернула на себя телефон и быстро перевернула его экраном вниз. Отложила подальше – не хочу, чтобы кто-то увидел лишнее.

– Заходи, Лен, я не занята. Что-то срочное?

– Очень, – она приподняла папку и, прижав ее к себе, несмело шагнула в кабинет.

Что-то случилось. Всегда яркая и уверенная в себе журналистка, вдруг сжалась и трясется?

Рыжая прикрыла дверь, окинула загнанным взглядом офис, будто искала кого-то, а потом вкрадчиво произнесла:

– У меня есть подозрения… – она снова оглянулась, выдохнула порывисто. – Что у нас среди работников есть маньяк.

Я впилась ногтями в ладони, чтобы отрезвить себя, потому что такие заявочки – это серп по моему сердцу. Особенно после угроз и шантажа.

– Что за ерунда?

– Можешь мне дать анкеты всех работников?

– Нет, не могу. Сейчас анкеты у шефа.

– Мне они нужны! У тебя же есть копии?

– У меня нет. В бухгалтерии.

– Зинка отказалась давать, сказала, что ей разрешение Лиманова нужно, а он свалил куда-то.

– Лен, у тебя паранойя, – попыталась я тормознуть ее выпады и истерику.

Она присела на гостевой стул, папку положила на сведенные колени и тонкие пальцы переплела в тугой замок, но я успела заметить, как они у нее дрожат.