Ничего человеческого в ней уже не было: резко выдающиеся скулы, морщины на низком лбу, горящие кровавым огнем глазки, приплюснутый нос, больше похожий на свиное рыло и белесые волосики на голом черепе — Эльмира стала похожа на того самого захлюста, которого я прибил во время путешествия с Франкой.

Раздался зловещий свистящий шепот:

— М-мой, выпью, бейся, сопротивляйся, люблю…

Сопротивляться я не стал, просто собрал силу в тонкий раскаленный стержень и ткнул ее в голову вампирши.

Сверкнул огненный росчерк, мерзко запахло паленой плотью.

— А-а-а!!! — Эльмира пронзительно взвыла, вскочила, разбрасывая мебель, заметалась искрящимся огненным смерчем по комнате и неожиданно опала серыми хлопьями на пол.

— Твою же кикимору… — я вспомнил про Раду с девочками, бросился к сабле, с лязгом выдернул ее из ножен и выскочил из комнаты в коридор.

Где почти нос к носу столкнулся с бугрящемся жутким мускулами чудовищем, очень смахивающим на лысую здоровенную обезьяну, только с мордой нетопыря.

Не тратя время на удивление, в броске ткнул саблей в чудовище, тварь неуловимым глазу движением ушла от первого удара, а я едва не попал под молниеносный удал когтистой лапы.

Монстр подобрался для прыжка, но тут, совершенно неожиданно для меня, между нами проявилась Неяна. Как ни странно, в совершенно не приличествующем повелительнице упырей и прочих вурдалаков виде, в прозрачном пеньюаре и пушистых меховых тапочках.

— Стоять Ашур! — резко бросила она лысой обезьяне.

Чудовище гневно зашипело, но отпрянуло назад и мгновенно развоплотилось в молодого статного парня. С длинными как у женщины чернявыми волосами по пояса и смазливым смуглым лицом восточного типа.

— Во что ты превратилась, Нея… — презрительно кривясь процедил он. — Ты… ты привела сюда людей и приняла их как гостей… Какая мерзость! Привести скот в святое для всех нас место! Ты попрала все наши законы! Храм еще не знал такого позора…

— Здесь я закон, — спокойно возразила Нея.

— Немедленно убей их! — холодно потребовал Ашур и с угрозой добавил. — Иначе…

Но недоговорил.

Я так и не заметил, что сделала Неяна, но голова упыря вдруг превратилась в разлетевшиеся по сторонам ошметки кровавой слизи. Красавчик пошатнулся, с влажным шлепком рухнул на пол и прямо на глазах превратился в кучку сероватого праха.

Нея повернулась ко мне и тихо сказала:

— Такого не должно было случиться.

Каким-то странным образом, в обычном для нее ледяном голосе, прозвучали едва заметные извиняющиеся нотки.

— Что это было? — с трудом переводя дух, выдавил я из себя.

— Недоразумение.

— Что с Радой и девочками?

— Все хорошо, они не пострадали и даже не подозревают о случившемся… — невозмутимо ответила Нея. — До них просто не успели добраться. — она вдруг усмехнулась и добавила: — Ты очень хорошо сложен… как для человека, но это совсем не повод разгуливать обнаженным, да еще с саблей в руках.

— Твоя… — я слегка смутился. — Как там ее… Эльмира… не дала мне времени одеться…

— Жаль… — притворно вздохнула Неяна. — Девочка подавала надежды. Но совершила непростительную ошибку, которая все перечеркнула. Она тебе не повредила?

— Что бы мне повредить, надо очень постараться.

— Не обольщайся Горан, — усмехнулась хозяйка упырей. — Хотя да, ты впечатляюще силен. Как для человека… Что насчет бокала старого харамшитского?

Сон как корова языком слизнула, к тому же, разговор с хозяйкой мог кое-что прояснить, поэтому я не стал отказываться. Зашел к себе в комнату, набросил халат и последовал за Неяной. Саблю на всякий случай прихватил с собой.

— Моя скромная обитель, — вампирша привела меня в небольшую комнату, очень сильно разнившееся в стиле оформления с остальными помещениями в подземных чертогах.

Простая грубоватая мебель, толстый нупийский ковер на полу, вазы с живыми цветами, правда слегка странноватого вида и даже несколько гобеленов на стенах с вполне понятными изображениями — мастерски выписанными видами побережья и горной местности. Но больше всего меня удивил… да, камин. Черт побери, с живым огнем. Огнем, которого упыри и прочая нежить должны бояться, как монахи распутных девок.

— Присаживайся, словен, — Нея показала мне на кресло у камина, разлила темно-рубиновое, пряно пахнущее вино по бокалам и подала один из них мне. После чего протянула одну руку к огню, словно желая ее согреть.

Я с трудом оторвал взгляд от просвечивающегося через пеньюар белоснежного как мрамор, идеального тела вампирицы и невпопад брякнул.

— Живой огонь?.. Но как…

— А что тут странного? — делано удивилась Нея.

— Ты поняла, о чем я. Даже высшие упы… то есть, представители вашего вида, с трудом переносят присутствие живого огня, а ты, даже наслаждаешься им.