Раз за разом, сражение за сражением, я выходил победителем, выкладываясь на максимум. Тотализаторы Темного мира предлагали баснословные суммы за мое убийство после того, как Клун подкрутил к шлему возможность трансляции на большой экран. Мои бои разлетались, как горячие пирожки. Многие эксперты стали обсуждать возможности такого сражения в массы. Моя беспрецедентная компания против покушений на жизнь, подтолкнула Высших руководителей к мыслям, что Клун может сотворить что-то полезное для них.

К нему стали захаживать те, кто руководил всем в мире. В то же время я сражался, создавая славу непобедимого бойца Арены. Мой боевой рекорд составлял около 2 000 побед подряд. И это было после подсчета официальной статистики Теневым миром. Я был на пике популярности.

Свою 2 000 победу я праздновал на острове Кахарецу. Туда съехалось много авторитетных лиц, которые хотели обсудить со мной возможности бизнеса, а так же покупки шлемов Арены. Ведь Клун выпускал так мало! А я в то же время был к нему ближе всех.

Именно на этой вечеринке я встретил Наталью. Девушка была молода, юна и привлекла мой взгляд, стоило ей только войти в зал. Закрытое платье с длинным рукавом, похожее на вторую кожу, как же оно ей шло! Ее сопровождал ее отец, видный бизнесмен и теневой делец из России. Я как-то дрался с ним на арене, когда путешествовал, а потом мы пару дней бухали в его загородном доме. Классный был мужик!

– Толя, кто эта прекрасная юная леди рядом с тобой? – пожав руку, спросил я.

– Имп, знакомься, это моя старшая дочурка, Наташа. – представил он с улыбкой. – Она очень сильно хотела увидеть знаменитого демона Арены, и я не смог ей отказать, когда получил твое приглашение.

– Оу… Мисс, вы моя поклонница? – улыбнулся я, смотря на нее.

– Нет, я просто хочу бросить вам вызов. – сказала она, шокировав отца и окружающих, что услышали это.

– Имп, я… – начал Толя, но я перебил.

– Такая храбрость должна быть вознаграждена. – я широко улыбнулся, радуясь тому, что могу впечатлить это юное создание. – Но, вы знаете правила. Я не могу пропустить вас мимо очереди претендентов.

– Папа говорил, что вы любите ставки? Я ставлю себя. – с ледяным выражением лица тихо сказала она.

– Наташа! – шокировано выкрикнул ее отец. – Имп, прошу, по старой дружбе, не воспринимай серьезно! – Толя чуть ли не в ноги мне упал, говоря это.

– Толь, успокойся. – я одной рукой поправил положение в пространстве отца девушки. – И что же вы хотите, если победите, юная леди? – ноги у Толи стали ватными, и мне пришлось держать его, смотря на девушку.

– Тысячу шлемов арены и личное знакомство с доктором Камаэром. – смотря мне в глаза, сказал она.

– Камарыча значит… – я задумчиво посмотрел на нее.

Толя в моих руках потек и потерял сознание. Он знал, что если мне бросают вызов, тем более вызов с пари, я не отступлюсь. А его дочка только что предложила себя мне. И его разум отказывался верить, что у дочки есть хоть мизерный шанс на победу.

– Господа, присмотрите за моим Гостем. Нам с юной леди надо удалиться. – попросил я у окружающих.

Несколько гостей подхватили Толика и потащили отпаивать. В то же время остальные стали активно обсуждать произошедшее. Попутно обсуждая, что я сделаю с дочкой Толи после победы. В то же время, мы с Натальей спустились в подвальное помещение, специально оборудованное для сражения на арене. Сняв с себя белый пиджак и расстегивая пуговицы на рубахе, я завел с Натальей разговор:

– Могу я узнать, зачем тебе Камарыч?

– Это не сильно большая тайна. – Наталья отстегнула рукава, показав мне кожу испеперещеную шрамами. – У меня хрустальная болезнь. Доктор Комаэр единственный в мире хирург, который успешно это лечит.

– Прежде чем мы начнем, я должен быть с тобой честен. – я стоял напротив нее. – Комаэр не лечит, он калечит людей. Его методы лечения могут сделать из тебя уродину, а то еще хуже, может и убить, если не выдержишь.

– Вы просто не знаете, какого это так жить, боясь каждого листика вокруг тебя. – нахмурившись, сказала она. – Я устала бояться. Связей отца и его друзей не достаточно для встречи с доктором, поэтому, вы мой единственный шанс.

– Тогда, посмотрим, настолько ты искусна на арене.

Зайдя на арену, Наталья не показала ничего впечатляющего, кроме своего упорства. Раз за разом, она отчаянно бросалась в атаку. Но, мой уровень был далеко за гранью ее возможностей. Сняв шлем, она горько улыбнулась и сказала:

– Я хотя бы попыталась.

– Теперь я даже не знаю, что с тобой делать. – я поджал щеку кулаком, сидя на кресле.

– Я знаю, что вы держите слово, и знаю, что вы не терпите тех, кто нарушает свое, сражаясь с вами. Поэтому, как я и говорила, вы можете делать со мной, что пожелаете. – сглотнув комок, она пождала губы, но продолжала смотреть мне в глаза.