Узкая прихожая, на полу разбросаны вещи, плохой знак. Я двинулся вперед, Окси скользнула в боковой проход, на кухню, Лада двинулась за мной. Дверь в большую комнату открыта, везде такой же беспорядок, словно кто-то собирался впопыхах. Окно разбито, стена опалена. Хорошо хоть обои не клеили, просто покрасили, а то не миновать пожара. Маринка тогда настояла что у нее на эту искусственную обмотку аллергия.

Ни следа бывшей жены и дочери, только на полу пятно застывшей крови. У меня внутри все похолодело. Я остервенело оглядывался, пытаясь определить хотя бы по косвенным признакам, что тут произошло.

— Смотри, — тихим голосом прошептала Лада.

Под опрокинутым столом валялась ножка стула, сколотая острым углом, тоже вся в крови. Может защищались? Может убежали? Спаслись? Или…

А на что я рассчитывал? Дурак! Будут сидеть и дожидаться меня дома, когда вокруг такой хаос творится? С трудом выравнивая дыхание, я отступил обратно в коридор.

Оставалась еще одна дверь, в детскую. Я протянул руку к дверной ручке, не в силах сдержать дрожь. Лада положила мне руку на плечо. Тепло ее ладони ощущалось даже сквозь одежду, даря какое-то странное умиротворение. За это жест доброй воли я был ей безгранично благодарен. Собрался с мыслями и повернул ручку.

— Папа? — прозвучал удивленный голосок. — Папа!

Мое сердце рухнуло в пятки, а я сам рухнул на колени, не в силах поверить собственным глазам. Ко мне в объятья кинулась Аленка! Кинулась и с едва различимым шелестом прошла сквозь меня. Сердце почти остановилось, я глотал ртом воздух не в силах осознать случившееся. Привалился к двери, Лада опустилась на пол рядом со мной.

Я обернулся и посмотрел в коридор. У входной двери стояла Окси, с изумлением разглядывая Аленку. Дочка стояла ровно посередине, с удивлением осматривая свои ладошки.

— Ой! Совсем забыла! — она по детски ударила себя в лоб кулачком. — Папа, я же не настоящая!

— Аленка…

— Мне мама говорила слово, но я забыла! — с разочарованием выдохнула девочка. — И еще что-то! Так, сейчас вспомню!

Она повернулась ко мне, подошла не спеша, смешно хмуря лобик.

— Папа, я должна тебе кое-что сказать, — наставительным тоном произнес призрак.

— Я… слушаю, — слова давались с трудом.

— Я очень тебя люблю, это раз, — загнула пальчик Аленка. — И еще, мы с мамой отправились к дедушке! Точно! Он нас заберет и мы спрячемся от монстров! Нас никто не найдет… ну, кроме тебя! Вот!

Сердце вновь забилось с удвоенной силой. Значит все не так, как я себе надумал, значит живы они, живы! А это значит…

— Мне пора папа, найди меня! — крикнула Аленка, попыталась еще раз обнять меня и в одно мгновение истаяла в воздухе.

Я пытался осмыслить увиденное, но мысли никак не желали укладываться в голове. Аленка, возможно, жива! Она с дедушкой, а это значит, что старый хрен повезет их в бункер! Проекция, это все лишь проекция! А значит… Аленка тоже полиморф. Но как? Когда? Ох, маленький ты мой полиморфик!

— У меня нет слов, — скупо отозвался Аллар. — Я же чувствую практически все, что и ты! И это невыносимо прекрасно! Мне тоже захотелось ее обнять!

— Я знаю.

— Это… твоя дочь? — выдохнула Лада.

— Моя, — ответил я, но сразу исправился. — Но не совсем она, черт! Какая-то магическая проекция, фантом!

— Соболезную, — глухо вымолвила Окси.

На лице темновласки отразилась череда небывалых эмоций. Мне даже показалось, что на какое-то мгновение ледяная маска дала слабину и я увидел ее настоящую. Смущение, боль, разочарование… где-то там и любовь, наверняка, затерялась. Одним словом все, что делало Окси человеком, но скрывалось глубоко за семью печатями.

— Что теперь Слава? Ты знаешь куда они направились? — спросила Лада, не выпуская мою руку из своих ладоней.

— Знаю, и очень надеюсь, что они дотуда добрались, — ответил я, невольно улыбаясь.

Я перехватил взгляд лады, полный сочувствия и невысказанных эмоций. Впервые за долгое время, невидимая рука, сжимавшая сердце, ослабила железную хватку. У меня появилась реальная надежда снова увидеть дочь, появилась причина жить и выживать в этом жестоком мире. Поддавшись нахлынувшим чувствам, я подался вперед.

— Я не хочу чтобы ты… — робко прошептала красавица, но не успела договорить.

Губы Лады оказались такими же горячими как и ее ладони. Она прильнула ко мне в ответ, словно давно ожидала от меня первого шага. Может быть так и было, мы мужчины в делах любовных бываем до неприличия бестактны.

Внутри бушевал вихрь эмоций. Меня сжигал стыд, меня грызла вина, но я не чувствовал себя так хорошо уже долгое, долгое время. Пускай осуждают, мне плевать. Самое время начать новую жизнь в новом мире, иначе она не начнется никогда.