– Нашли того, кто продал ему эту тушенку?
– уточнил Рон.

– Нет.
– покачала головой Регина Шрайк.
– Никто не сдаёт.

– Это плохо.
– расстроенно произнёс Рон.
– Это твоя недоработка как командира отделения. Не повторяй такого, никакой сержант не потерпит некомпетентного капрала у себя во взводе. Ты должна знать ВСЁ: какие дела происходят в отделении, кто что делает, какую еду предпочитает, даже кто сколько раз в день срёт. На каждого подчиненного у тебя должно быть досье. Ладно, на первый раз простительно, ведь тебя никто не учил... Вот здесь лежат досье на всех в отделении.

Рон открыл запертый на усиленный рунами замок шкаф. Вытащив одну из папок, он открыл её и показал содержимое Регине Шрайк.

– Читай.
– Рон перелистнул страницу.
– Джома Маурен, двадцать лет, ремонтник с уровня С-655, так, это ерунда... Вот! Азартен, был замечен в частых пари, спорах, азартных играх и сделках с другими членами подразделения. Я следил за ним. И, как ты видишь, не зря. Запомни раз и навсегда - гвардейцы должны жрать только то, что даёшь им ты и Имперская гвардия. В столовой шанс нарваться на некачественную пищу близок к нулю, я вообще не видел, чтобы кто-то травился брикетом трупного крахмала. Сухие пайки вообще самая безопасная пища какую я только видел в своей жизни. Ладно, сейчас на это времени нет. Ты умудрилась не угробить подразделение за эти два месяца, поэтому что-то ты понимаешь. Вот эти папки - залог твоего успеха как капрала, а там, того и гляди, сержантом станешь, дальше больше.

– Но зачем? Ради чего ты стремишься расти в званиях?
– с недоумением спросила она.

– Честно?
– Рон вытащил из портсигара сигарету и щёлкнул зажигалкой-зиппо.
– Отношение по мере восхождения по иерархической лестнице меняется. Если тебе, простому гвардейцу, оторвёт нижнюю половину тела, то хирургеоны ещё подумают, стоит ли твоя жизнь затраченных усилий. А вот с лейтенантом они уже думать не будут. А в случае с полковником сделают всё возможное и невозможное, чтобы он выжил. Понимаешь? Сейчас, по большому счёту, мы не значим вообще ничего. Простые разменные монеты, плюс тысяча, минус тысяча - никто и не заметит. А офицеры - это уже купюры, которые тратить напрасно попросту жалко. Посмотри на меня! У меня нижняя часть тела металлическая! Я хренова железяка! Потеряю руки и половину органов - верная дорога в скитарии, там меня примут за своего! А ради полковника Имперская гвардия не пожалеет и продвинутых полуаугметических имплатантов... И вообще... Я тебе рекомендую проявлять себя с лучшей стороны, расти в званиях, быть не лучше всех, но где-то поблизости от лучших. И тогда, только тогда у тебя будут шансы выжить... И сегодня ты выходишь в по-настоящему свободное плаванье... Если, конечно, не отвергнешь предложение, которое я сейчас тебе сделаю.

– Какое предложение?
– насторожилась Мука.

– Пойди капралом ко мне во взвод.
– ответил Рон.
– Первое отделение, классность в разведке получить гораздо легче, да и надбавка за риск двукратная, так что в деньгах ограничений испытывать не будешь. Оценишь, когда нам разрешат брать увольнительные. Но имей в виду: буду дрочить тебя на тренировках как и остальных, никаких поблажек, ты меня знаешь. Зато до сержанта дорастёшь быстро, год - максимум, обещаю, при условии, что не будешь филонить. Но, ты не будешь, поэтому и предлагаю. Знай, работа будет с экстремально высоким риском, каждый день - игра со Смертью.

– Но звания и награды...
– всерьёз задумалась Регина.
– Знаешь, сержант Уизли, я всё-таки соглашусь.

– Я знал, что на тебя можно рассчитывать.
– удовлетворённо кивнул Рон.
– Позови сюда Зортан, Байена, Таникаву и братьев Рогусов. Также, захвати Эгаву, Бингрита и старину Галвана. Запускай по очереди.

– Есть.
– Шрайк развернулась и направилась на выход.

//Блиндаж взвода разведки//

Рон устраивался на новом месте буднично, без ажиотажа - просто застелил постель в сержантской части казармы, поставил "хот-шот" лазган на оружейную стойку, повесил выданный комендантом роты парадный мундир в вещевой шкаф, куда также поместил и сменную форму.

Парадная форма представляла из себя китель цвета хаки, оборудованный аксельбантом золотого цвета, значки с эмблемой Имперской гвардии на петлицах, запонки с той же эмблемой, форменные брюки цвета хаки, фуражку с основой цвета хаки, но с красным околышем, черного высококачественного пластика козырьком с золотой филигранью окантовки, кокардой с золотой эмблемой в виде герба Империума, золотого цвета кантом, а также золотым рантом в виде витого шнура. К форме прилагались черные хромовые сапоги с золотой окантовкой, белые перчатки и широкий белый ремень с золотой бляхой в виде герба Империума. Рону форма понравилась, правда, поводов надеть её очень мало - только на Вознесение Императора и на Дар Императору, ну и по официальным поводам, в виде торжественного вручения наград, официальной встречи больших армейских шишек, при общении с прессой и далее в этом духе. И то, если в это время не идёт боевых действий.

Сменная форма же полностью повторяла обычную полевую форму Рона, только была доведена до идеальной чистоты, сверкала высококачественными сержантскими знаками отличия и вообще являлась главной ценностью Рона после "хот-шот" лазгана.

Дверь в своё логово Рон уже успел усилить рунами, как и замок, поэтому несанкционированно войти сюда можно только с помощью взрывчатки. Отмычки не помогут, так как Рон с помощью довольно дорого обошедшегося набора инструментов, оборудовал на массивной двери пласталевую задвижку, задвигаемую изнутри и перекрывающую доступ к замку. Личную безопасность Рон ценил и тут же устроил себе место, где может находиться только он.

Он встал и посмотрел в настенное зеркало. На него смотрел уставший и осунувшийся рыжий парень лет девятнадцати, может двадцати. Щёки впалые, глаза не выражают абсолютно ничего, взгляд мертвеца - так называют это в гвардии. Это не значит, что человек скоро умрёт, как можно было бы подумать. Это значит, что в человеке что-то мертво.

Рон аккуратно причесался и вышел из комнаты, не забыв закрыть дверь на ключ.

Личный состав формируемого взвода занимался своими делами.

– Зортан, доклад.
– приказал Рон.