Рон ещё «не бывал во Флоренции», но очень хотел, и чем чаще он видел особ противоположного пола, тем чаще хотел посетить этот славный город.

Подростковая похоть — Рон давал себе отчёт, что это, гормоны бурлят, кружат голову, но он всё ещё солдат и не задумываясь, отчекрыжит голову этой хаоситке. Колдуны тем и опасны, что порой недостаточно их просто убить, поэтому рекомендуется отрубать им головы, для надёжности. Бывает так, что уже пристреленных и даже задавленных танками колдунов встречали спустя месяцы и годы, целыми и невредимыми. Рон себе кровника создавать не собирался, поэтому будет работать наверняка.

Колдунья Хаоса отчитала присутствующих пехотинцев и уже было собралась уходить, как Рон направил неоформленный «Империо» в сторону хаосита, вооруженного автоматическим стаб-дробовиком. Инстинктивного, низменного импульса хватило для того, чтобы высвободить из-под пяты страха конкретное желание пристрелить колдунью, что и попытался проделать хаосит, направив дробовик в спину колдунье и разрядив его в авто-режиме.

Колдунья увернулась от потока дроби и выставила какой-то силовой щит. Остальные пехотинцы поняли, что им теперь точно не жить, поэтому тоже открыли огонь. Щит с легкостью поглотил все выстрелы, а затем началась хаотическая мясорубка. Одним движением руки колдунья погрузила пехотинца с дробовиком в грязь траншеи прямо по горло, а остальных связала колючей проволокой, телекинетически выдернутой из ограждения. Хаоситы завопили, что удивительно, кто-то даже с нескрываемым удовольствием.

«Больные ублюдки...» — мысленно плюнул Рон.

Один из хаоситов умудрился выдернуть чеку фраг-гранаты и с улыбкой ждал легкой смерти, но колдунья быстро заметила это и телекинезом вышвырнула гранату прямо в сторону Рона.

Резкий рывок назад и падение лицом прямо в грязь. Взрыв произошел за спиной, по спине с характерным толчком ударило несколько осколков.

Наложив на себя дезиллюминационные чары по-новой, Рон поднялся.

Не отвлекаясь ни на что, колдунья чертила на дне широкой траншеи характерную для хаоситов пентаграмму, почти такую же, какую Рон видел в городе-улье в запечатанном доме. Образы воспоминаний арбитра подсказали, что эта пентаграмма используется для извлечения жизненной силы и передачи её колдуну. Это значит, что в городе-улье некоторое время существовал начинающий колдун Хаоса, но потом его ликвидировали. Любопытна оперативность махарийских арбитров и полиции...

Колдунья выдернула из грязи первого хаосита и разложила его на пентаграмме. Лично подойдя к жертве, она извлекла из-под плаща изогнутый кинжал, покрытый запекшейся кровью и с неким азартом вонзила его в грудь хаосита.

Пехотинцы Кровавого Договора, спутанные колючей проволокой, не скулили и не просили пощады, они смотрели на творимое действо с любопытством и азартом.

Выдернув сердце жертвы из грудной клетки, колдунья скинула с себя плащ, оказавшись одетой в весьма символичные полоски из кожи, скорее всего, человеческой. Разорвав одежду жертвы, которая вот-вот должна подохнуть буквально от сердечной недостаточности, она вступила с этой самой жертвой в... коитус (1).

— Фракнуть их в мозг... — пробормотал Рон очень тихо и приготовился к атаке.

Пока Рон тщательно готовил план внезапной и победоносной атаки, колдунья успела съесть примерно четверть сердца жертвы.

Даже с наблюдательной позиции Рона было видно, как свежие шрамы на спине колдуньи начали срастаться, а волосы в косичках начали насыщаться здоровьем и цветом.

«Если у хаоситов так дела делаются, то неудивительно, что их колдунища могут жить тысячелетиями...» — подумал Рон, приготовив палочку для атаки.

— Сектумсемпра! — выкрикнул Рон, завершая формулу заклинания аккурат в области затылка колдуньи.

Невидимые, но от того не менее смертоносные пики в миг преодолели пятьдесят метров расстояния и врезались в мгновенно выставленный варп-щит. Преодолеть щит смогли только три из пяти пик, так как в отличие от прошлого колдуна, щит этой колдуньи оказался гораздо сильнее. К сожалению, остановлены были именно те пики, которые должны были разрубить шею колдуньи.

— Авада Кедавра, сука! — выкрикнул Рон.

Зеленый поток агрессивной ко всему живому энергии заставил варп-щит взорваться, к удивлению, ледяными осколками, которые насмерть искололи запутанных в колючей проволоке хаоситов, жертву ритуала и саму колдунью. Рон успел заметить, что крупный треугольный кусок льда торчит прямо из затылка колдуньи Хаоса.

Откуда-то справа открыл огонь стаб-пулемёт, а слева зажужжала башней «Химера».

Рон накинул на себя дезиллюминационные чары и помчался вперёд, в траншею.

По холмику застучали стабберные пули, а затем несколько очередей болтерных снарядов.

Рон же спустился в траншею, где какого-то Мордреда продолжала ползти куда-то колдунья, уже успевшая соскочить с истыканного багровыми кусками льда хаосита-жертвы. Саму колдунью даже не смущало то, что её тело было пронзено этим самым льдом насквозь в десятках мест. Рон улыбнулся сам себе. Вытащив из ножен штык-нож, он наступил ботинком на спину колдунье, взялся за её косички, затем одним движением штык-ножа отсёк её голову.

Никаких спецэффектов не случилось, чего Рон слегка опасался, так как невольно провёл аналогию с Бессмертными из нашумевшего в своё время фильма «Горец». Никаких молний, других колдунов и прочего — и хорошо.