Атриумы спальных районов были наводнены полицией, с редкими вкраплениями арбитров. Ещё напрягала установка, которую разворачивали у гермоворот. Настоящий стационарный ауспекс. Значит, они знают про невидимость Рона и ожидают, что он может попытаться рвануть на верхние уровни.

Память Дитрика подсказала, что нет, они этого не ждут. Они показали, что на цивилизованные уровни Рону лучше не соваться. Им удобнее и выгоднее будет устроить полномасштабную войну со всем под-ульем, в очередной раз показав ему своё место, одновременно доведя до всех мысль, что арбитров убивать нельзя. Ну а если уж убил, то будь добр — перережь себе глотку самостоятельно, так будет проще для всех.

Рон неуверенно влачил себя в район № 19033, ближайший, где есть проверенные аугментаторы, услугами которых пользуются как бандиты, так и полицейские.

Ситуация в городе-улье накалялась, банды, которые до этого спокойно ходили по улицам, начали отлавливать и расстреливать у стенок. Народ испуганно прятался по домам, или старался как можно быстрее уйти подальше по своим делам.

Людей шерстили, по каким-то только полицейским ведомым признакам стараясь обнаружить праздношатающегося Рона. Рон шатался, но отнюдь не праздно, и отнюдь не по причине расхлябанности. Эрзац-костыль из хот-шот лазера — не самый лучший способ выработки чеканной походки.

Медленно пробираясь сквозь районы, Рон достиг цели. Постучав в дверь неприметной жилой секции, он, со снятой невидимостью произнес пароль:

— Император хранит верных и честных.

Дверь отворилась, Рон тут же ввалился внутрь, поднимая палочку.

— Петрификус Тоталум.

Охранник упал на пол, замерев каменной фигурой. Недавно проведенные испытания на крысолюдях показали, что со временем эффект исчезает, поэтому у Рона есть гарантированные пятнадцать минут.

Войдя в помещение, он левой же рукой выхватил из кобуры лазпистолет, одновременно положив туда палочку.

— Не двигаться. — произнес он тоном, с которым никому не захочется спорить. — Мне нужна помощь.

— Помогите ему. — равнодушно приказал двоим помощникам полуметаллический мужик.

У него было четыре манипулятора за спиной, полностью аугментированное лицо, а также четырёхлапое шасси на манер железного паука.

Рона уложили на кушетку.

— Мне следует беспокоиться за охранника? — спросил врач.

— Нет, с ним всё будет хорошо. Империо. — ответил Рон, взмахнув рукой. — Мне нужна лучшая левая нога из тех, какие только есть у вас.

Ослабленного варианта должно хватить, как посчитал Рон. Опасения не подтвердились, «Империо» работало как положено, только теперь Рон ещё и чувствовал статус воздействия заклинания в режиме реального времени. Полезно.

— Аякс, неси модель 53975-6 — распорядился доктор. — Ожидайте, мы аугментируем вам ногу лучшим, что у нас есть.

— Обезболивающих не нужно. — дал ещё одно указание Рон.

Через три с половиной часа Рон вышел из подпольной клиники на плохо слушающейся ноге, исполненной из высокопрочного сплава пластали. Сломать можно, но прослужит левая нога явно дольше, чем правая. При его-то жизни...

Что делать дальше, Рон не знал, поэтому пошел в ломбард. В лицо его никто не видел, поэтому опасаться за инкогнито причин нет. Тут сотни миллионов живут, неужели кто-то всерьез будет рассчитывать найти Рона среди этого муравейника?

— Сколько дашь за этот лазпистолет? — спросил Рон у человека за решеткой.

— Обливиэйт! — ткнул Рон палочкой в лицо ломбардщику. — Меня ты не видел. К тебе пришел кто-то из постоянных клиентов, придумай сам, и загнал этот отличный лазпистолет за двести корон. Пусть дороговато для лазпистола, которому красная цена — полтинник, но ты уважаешь этого клиента и пошел на серьезные уступки.

— Да, так всё и было... — завороженно ответил ломбардщик.

Рон взял с прилавка двести корон и вышел.

Из образов памяти Дитрика, он знал, что ломбардщики практически поголовно работают либо на полицию, либо на арбитров. Но невозможно сдать того, кого не вспомнишь.

Двести корон — неплохая стартовая сумма, особенно в ситуации Рона. Он без излишней и подозрительной спешки шел по атриуму и размышлял.

Корона — условная единица, которая берёт свою стоимость от кредита. Имперский кредит — универсальная валюта, которой производят взаиморасчёты планеты и сектора, точнее, вообще весь Империум. Точную стоимость устанавливает Адептус Монеторум и эта стоимость едина, нерушима и верна во всех подконтрольных секторах. То есть, сколько бы лет не прошло, как бы плохо не было в конкретном секторе, кредит будет стоить для всех одинаково. А вот стоимость короны варьируется. Более того, варьируется даже наименование короны. В системе Кадия стоимость следующая: 0,001 кредит = 1 корона.

Также интересна ситуация с физическим воплощением этой короны. На нижних уровнях корона ходит в виде пласталевой монеты. А вот на средних и высших уровнях монетами никто не пользуется, рассчитываясь исключительно электронными коронами. И, что ещё надо знать — пласталевые монеты не конвертируются в электронные, а вот электронные конвертируются. То есть, сколько бы ты ни был богат на нижних уровнях, для средних и высших уровней ты не имеешь ничего. Пути обхода существуют, но они ненадёжные и сопряжены с определенным риском. Высшие уровни города-улья Тахен-Секунд закрыли социальные лифты самым надёжным способом — экономическим. Официальная причина — пласталевые монеты легко подделать, поэтому им веры никакой. Но Рон знал из памяти Варлама, что подделать как раз-таки тяжело, защита монеты максимальная.