Молчаливый кивок заставил меня рассмеяться и задать следующий вопрос:

— А трупы Непримиримых?

— Тоже!

— Тоже в пасть насекомым?

— Да!

— И даже тела высших офицеров?

— Ну как же… так нельзя. Их хоронят с почестями.

— Ну да. Офицерскую жопу жрать нельзя — проворчал я — Если бы я хотел пройти к пещерам Мрака… куда бы повернул, знай я дорогу? Туда?

— Верно. А откуда ты…

— Догадка — ответил я и круто свернул, не дойдя до городской стены пятьсот метров и перейдя на боковую дорожку. Отряд последовал за мной, и мы двинулись параллельно стене. На высыпавших из ворот и на стену жителей я внимания не обращал.

— А как же ужин?

— Ты не слышал меня, старик? Задумайся, что будет, если два отряда схлестнутся в мирном городе. Хочешь еще больше крови?

— Да как же ты не поймешь, герой Оди! Непримиримые не такие! Они доблестные! Они хорошие!

— Ну да — кивнул я — Ну да…

Стариков Терпимых я оставил у изгиба городской стены, на перекрестке сразу пяти аккуратных дорожек. Оставив пьяненьких и ударившихся в слезы дедов под небольшим деревцем — я двинулся прочь. Прошел шагов пятнадцать, когда меня остановил дрожащий и переполненный эмоциями крик:

— Помни, герой Оди — мы тут не при делах! Терпимые кровь не проливали! Человечину не жрали!

Остановившись, я обернулся и, глянув на все еще что-то надеющихся старперов, горько усмехнулся:

— Ну да… вы не убивали. Но заказы тем, кто шел убивать, сделать не забыли, да? Саженцев там мол плодовых не забудьте накопать в садах убитых и порабощенных. Картофана там же накопайте и грузите в те же мешки, куда напихали рубленную человечину. Нет. Вы еще как при делах. И жалости от меня ждите. Я не сжег дотла ваш сраный городок Приветливый лишь по одной причине — мне пока не до вас. Но передайте всем — мы скоро вернемся. И вот тогда я убью каждого второго.

— Нас здесь заперли! Как еще выживать?! Попробуй прожить целую жизнь вечно недоедая!

— Вас здесь заперла система и Первый Высший вроде как… причем здесь мирные жители? Они про вас даже не слышали. Все! Просто ждите. И мы придем.

Больше слов с их стороны не последовало. Да и скажи они что-нибудь еще — я бы уже не слушал. Этот источник информации истощился. Можно и нужно двигаться дальше.

— Так мы вернемся сюда, лид? — в голосе бойца звучало лишь любопытство.

— Посмотрим — ответил я — Посмотрим… Кевин!

Выдвинувшись из-за моей спины, внешне безразличный и бесстрастный рыцарь в замененном шлеме с зеркальным забралом, поравнялся и молча зашагал, ожидая моих слов.

— Забрало подними.

Щелкнув, забрало зафиксировалось в поднятом положении, на меня уставились памятные страшные глаза, что могли помочь любому страдающему запором. Даже если анус безвольно не раздвинется, перепуганное говно само пробьет себе новый путь наружу — лишь бы упасть в дорожную пыль и уползти…

Мельком глянув на это не совсем человеческое лицо, я задумчиво спросил:

— Кто же ты или что же ты все-таки такое, а?

Ответа не последовало и я продолжил, спросив напрямую:

— Насколько сильно я тебя уже раздражаю?

Исполосованное темными венами бледное лицо отвернулось, рыцарь с безразличием смотрел на ухоженные поля.

— Да — усмехнулся я понимающе — Вижу. Ты уже едва сдерживаешься, да, Кевин? Понимаю. Сколько десятилетий или даже столетий ты просидел в Зомбилэнде? Может тебя несколько раз и успокаивали до меня, сбрасывая тебя в ноль и ликвидируя набранную тобой армию зомбаков. Но сути это не меняет — ты очень долго был сам себе хозяин. Никому не подчинялся. Жил своим умом. И главное — ты сам отдавал приказы. И твои приказы выполнялись незамедлительно. Весь контроль в твоих руках… Тебя бесило только одно — гребаная тюрьма Зомбилэнда вокруг. Хотелось свободы… и вот ты ее получил… но при этом перешел в подчинение обычному гоблину — теперь я приказываю тебе. А ведь такого как я ты обычно считаешь простым ростбифом к своему обеденному столу, да? Это ведь то же самое, как если бы тебе начала приказывать жареная курица…

Насланная проглоченной и уже усвоенной неразборчивым и жадным до кайфа мозгом наркотой болтливость помогла скоротать унылую дорогу среди полей и вычищенных дренажных и поливочных канав. Рыцарь-зомби молча шагал рядом и ожидал продолжения. И оно последовало:

— Сначала ты думал, что свобода стоит этого. И первый день-два был даже рад — если ты вообще умеешь радоваться. Но вот новый день… и ты понимаешь, что радость потускнела. Тебе надоело терпеть тупых гоблинов вокруг себя. Ведь они так вкусно пахнут. И они так раздражающе болтливы и суетливы. Да, зомбак Кевин?

Молчание зомби сохранилось, как и бесстрастность лица, но шаги его стали тяжелее.

— Уверен, что папа Элвис в свое время вбил тебе в голову главные правила мужика. Да? Держать слово, выполнять обещания, не бояться крови, отвечать ударом на удар, помогать тем, кто помог тебе. Правильная стезя. И ты стараешься следовать ей. Ты заботился даже о увечных безруких и дряхлых зомбаков, подкармливая их кровавыми объедками. Странное ты существо, Кевин. Я и представить не могу скольких ты убил лично, а скольких уничтожил благодаря своему стратегическому, тактическому и просто боевому опыту, натравливая на тупых героев-хренососов свою армию. Ты убивал, убивал, убивал… и с каждым новым убийством получал крупицы опыта. Вот почему ты со мной сейчас здесь, Кевин. Вот почему я вытащил тебя из Зомбилэнда. Уже там я знал, что мы окажемся в Мире Монстров, где такой как ты мне очень и очень пригодится. А ты… ты получишь свободу.