Нужно сказать, что компания собралась серьёзная. Сплошь начальники отделов, участков или замы. Больше всего из этой компашки выделялся Гончар. Этот прохвост был просто счастливым акционером фирмы, которая приносит хорошую прибыль. Собственно, поэтому его и приглашали.

Отсечь кого-то сходу — не вышло. На предприятии работают полтора десятка тысяч сотрудников, а каждый из сидящих за столом управляет сотнями. Их охват достаточно велик, чтобы при наличии верной команды развернуть подпольную сеть ополченцев.

— Добрый день, Гончар! — Поприветствовал нас дилер — мужчина тридцати пяти лет в белой рубашке с запахом дорогого парфюма.

— Привет, Гавр.

— Это он? — Гавр кивнул на меня.

— Да, его зовут Данил. Он будет играть вместо Вита.

— Ты ручаешься за него?

— Да-да. Не гудни, Гавр! — Гончар потащил меня в комнату. — О, все уже собрались?!

Сказать по правде, у меня была мысль войти в комнату и чуть ли не в открытую спросить про сеть ополченцев. Дать каждому по визитке с номером и попросить набрать мне, если лидер не хочет, чтобы о нём узнали остальные. Очевидно же, что сами игроки знали о том, что среди них сидит лидер ополченцев. Если об этом знал даже обычный работяга Вахтовый, то эти — подавно.

Но войдя в комнату, я решил не спешить. Сначала меня смутил этот официоз… Гончар поручился за меня. Мы ж ничем незаконным не промышляли, чтобы за меня ручаться. Да и за кого Гончар может ручаться? Мы не успели прийти, как он прилип к барной стойке и уже звенел стаканами. Кроме того, и сами игроки не внушали доверия. Взгляды из-подо лбов, ухмылки, смешки. Не очень-то они похожи на собравшихся за столом друзей. Что-то подсказывало мне, что игра тут велась на только денежная, но и политическая.

— Где тебя носит, Гончар?! — Буркнул здоровяк по прозвищу Папа. — Что за пацан?

— Я думал, что мы собираемся в пятнадцать минут, а оказалось, что без пятнадцати, — Гончар махнул рукой и влил в себя коричневый напиток. — Это Данил он… Мы познакомились в игровом. Он неплохо показал себя в игре. Ещё немного везения и обыграл бы даже меня…

Игроки заулыбались, а Папа сказал вслух то, о чём все подумали:

— Ну-у-у, если самого Гончара почти обыграл, то добро пожаловать за стол!

— Спасибо за приглашение, — я кивнул и встретился с игроками взглядом.

— Пожалуйста, — ответил Муравей и ещё больше откинулся на спинку кресла. — Только хочу напомнить, что мы тут не на фантики играем. Будьте добры! — Чуть подался вперёд и постучал по столу.

Перед каждым игроком лежала стопка кредитов на пятьдесят тысяч. Ну что ж, с недавних пор с деньгами у меня проблем не было, поэтому сыграем. Налив себе в мини-баре сока, я достал из карманов пять стопок по десять тысяч и подошёл к столу. Гончар поперхнулся виски и рванул за мной. Едва не сбил меня, идиот, чтобы усесться по правую руку. Боялся остаться без счастливой ауры браслета.

Игра началась. Дилер сдал карты, пошли первые ставки. Перекачав энергию в восприятие и интеллект, я мог бы броситься в игру и прилично пополнить свой банк. Тем более, что первые четыре круга карта шла. Но если бы меня интересовали деньги, я бы пришёл за ними не сюда. Меня интересовали игроки и их поведение.

После семи кругов Гончар проиграл треть своих денег. Безнадёжен. Каждую неделю он приходил в эту квартиру, ничего не менял в своей игре, прокалывался на одних тех же ошибках и каждый раз проигрывал. В этот раз он понадеялся на браслет и играл просто отвратительно. Тянулся за любым повышением, блефовал или поднимал сам с дрянной картой. Если бы я постарался, то протащил бы его подольше, но зачем? Всё, что мне было нужно от Гончара, я получил. А проигранные деньги… Он их так и так бы проиграл.

Сам же я за семь прошедших кругов сделал выводы. Из претендентов на роль лидера ополченцев можно было вычеркнуть Гарри и Папу. Оба были слишком прямолинейные, держали в себе эмоции, а в случае выигрыша взрывались и расхваливали сами себя. Можно было, конечно, подумать, что они хотят казаться таким… Но вряд ли. Будь они одарёнными, тогда может быть, но отличить настоящие эмоции простаков от поддельных — задачка первого класса. Плюс ко всему Папа часто рассказывал истории о своих детях. Он слишком сильно дорожил семьей, чтобы ввязываться в такую авантюру.

Гарии же хоть и занимал важную должность, но работал в очень узком кругу людей. Едва ли он был бы способен в столько короткое время без подготовки увязать нити сопротивления в своих руках. Остаются Гранёный, Листва, Муравей и Нестеров. Гончара не считаю.

Листва почти всю игру молчал. Но когда мы остались один на один, и я забрал банк в тринадцать тысяч, заговорил:

— Смело! — Поправил очки и посмотрел на меня. — Полу-блеф какой-то. Так далеко идти с такой ненадёжной рукой. На что вы рассчитывали, молодой человек?